Юрий Ельников

ЗА ИМЯ ХРИСТОВО

 1. «Яко чудно Имя Твое»

В Священном Писании есть одна великая и удивительная книга, исполненная каким-то особенно глубоким благоговением и горячей молитвой перед Именем Божиим. Эта книга – Псалтирь.

«Господи, Господь наш, яко чудно Имя Твое по всей земли» (Пс. 98,3).

«Будет Имя Его благословенно во веки, прежде солнца пребывает Имя Его, и благословятся в нем вся колена земная, вси языцы ублажат его» (Пс. 71,17).

«Да исповедятся Имени Твоему великому, яко страшно и свято есть» (Пс. 98,3).

«От Восток Солнца до запад хвально Имя Господне» (Пс. 112,3).

«Хвалите Имя Господне, хвалите раби Господа» (Пс. 134,1).

«Возвестите в Сионе Имя Господне» (Пс. 101,22).

«Воспойте Богу, пойте Имени Его, путесотворите возшедшему на запады: Господь Имя Ему» (Пс. 67,5).

Не удивительно, что именно псалмопевцу, как самому ревностному, непревзойденному славителю и почитателю Имени Божия, Своему верному пророку Давиду, Господь и положил на сердце построить величественный Храм в Иерусалиме.

«И принесли ковчег Божий, и поставили его среди скинии, которую устроил для него Давид, и вознесли Богу всесожжения и мирные жертвы. В этот день Давид в первый раз дал псалом для славословия Господу чрез Асафа и братьев его: славьте Господа, провозглашайте имя Его; возвещайте в народах дела Его; пойте Ему, бряцайте Ему; поведайте о всех чудесах Его; хвалитесь именем Его святым… И сказал Давид Соломону: сын мой! у меня было на сердце построить дом во имя Господа Бога моего, но было ко мне слово Господне, и сказано: ты пролил много крови и вел большие войны, ты не должен строить дома имени Моему, потому что пролил много крови на землю пред лицем Моим. Вот у тебя родится сын: он будет человек мирный; Я дам ему покой от всех врагов его кругом: посему имя ему будет Соломон. Он построит дом имени Моему… И начал Соломон строить дом Господень в Иерусалиме на горе Мориа… и строил его семь лет… И обратился царь лицем своим, и благословил все собрание Израильтян, – и сказал: благословен Господь Бог Израилев, Который сказал устами Своими Давиду, отцу моему, и ныне исполнил рукою Своею! Я вступил на место отца моего Давида и сел на престоле, как сказал Господь, и построил храм имени Господа Бога Израилева… После того, явился Соломону Господь. И сказал ему: Я услышал молитву твою и прошение твое. Я освятил сей храм, который ты построил, чтобы пребывать имени Моему там вовек. И если ты будешь ходить пред лицем Моим, как ходил отец твой Давид в чистоте сердца и в правоте, и если будешь хранить уставы Мои и законы Мои, то Я поставлю царский престол твой над Израилем вовек. Если же вы и сыновья ваши отступите от Меня и не будете соблюдать заповедей Моих и уставов Моих, которые Я дал вам, и пойдете и станете служить иным богам и поклоняться им, то Я истреблю Израиля с лица земли, которую Я дал ему, и храм, который Я освятил имени Моему, отвергну от лица Моего, и будет Израиль притчею и посмешищем у всех народов» (1, 2 Пар., 3 Цар.).

Из вышеизложенного текста Священного Писания можно ясно увидеть, что построение Иерусалимского храма имело сакральное значение пребывания в нем Имени Божия, которое на протяжении всей ветхозаветной истории однозначно отождествлялось с Самим Божеством...

В древности познание о Божестве давалось человеческому духу через Божии Имена, открывавшие, главным образом Его свойства: могущество, вездеприсутствие, всеведение, промысл, славу и др. Из Библейского повествования мы видим, что всякое новое откровение о Боге воспринималось как Богоявление, как Его непосредственное действие…
«И сказал еще Бог Моисею: так скажи сынам Израилевым: Господь Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова послал меня к вам. Вот Имя Мое на веки, и памятование о Мне из рода в род» (Исх. 3,15). Нужен ли комментарий на слова Самого Господа о том, что Имя Его ВЕЧНОЕ?

«Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову с именем «Бог Всемогущий», а с именем Моим «Господь» не открылся им» (Исх. 6,3).

«И сказал Господь Моисею: Я проведу пред тобою всю славу Мою и провозглашу имя Яхве пред тобою» (Исх. 33,19). Эти слова свидетельствуют о том, что в Имени Своем является Сам Господь.

«Ибо ты не должен поклоняться богу иному, кроме Господа (Бога), потому что имя Его – ревнитель; Он Бог ревнитель» (Исх. 34,14).

Имя Божие весьма часто встречается в Библии как синоним славы Божией, причем самая с л а в а понималась израильтянами, как нечто устойчивое, твердое, существенное.

«Благословен Ты, Боже отцов наших, и благословенно имя Твое святое и славное во веки» (Тов. 8,5). Это и есть верное доказательство, что Имя Божие есть Сам Бог, не в существе, конечно, а в Его действии Божественной энергией, доказательство соприсутствия Бога в Его пресвятейшем Имени.

Имя как самостоятельная сущность упоминается тоже в некоторых местах Библии. В книге Исход Яхве увещевает Израиль не противиться Его Ангелу, которого Он послал пред народом, ибо в нем – Его имя (23,20). Исаия возвещает силу Имени Господня, как если бы это был Сам Бог: «Вот, имя Господа идет издали, горит гнев Его, и пламя его сильно, уста Его исполнены негодования, и язык Его, как огонь поедающий, и дыхание Его, как разлившийся поток» (30,27-28).

Имя представлено и как совершенная сила: «Да защитит тебя имя Бога Иаковля» (Пс. 20,2); «Имя Господа – укрепленная башня: праведный, убегающий в нее, защищен» (Притч. 18,10).

Если это имя столь действенно, то благочестивые люди должны не только считать его святым (как мы видели выше), но также бояться и страшиться его, как они боятся Бога.

Вообще, ветхозаветное прославление Имени Божия не случайное, не ошибочное и не аллегоричное, ибо Господь давал Свои заповеди не иносказательно, не двусмысленно, а четко и ясно для исполнения. Так относительно Своего Имени Он определенно предостерегает: «Не произноси Имени Господа Бога твоего всуе». Аз есмь – Господь Бог твой – с таким Именем открывается Законодатель Моисею на горе Синай. И это Имя – «Аз есмь» – только один раз в году, шепотом произносил иудейский первосвященник во «Святая Святых» Иерусалимского храма.

Народ израильский ревностно соблюдал заповедь о почитании и благоговейном прославлении Имени Божия. Яркий пример тому – сцена в Гефсиманском саду, когда воины иудейские пришли арестовывать Господа: «Иисус же ведый вся грядущая Нань, изшед рече им: кого ищете; Отвещаша Ему: Иисуса Назореа. Глагола им Иисус: Аз есмь. Егда же рече им: Аз есмь, идоша вспять, и падоша на земли» (Ин. 18,4-7).

Все попятились назад и от страха упали на землю, поклонившись Богочеловеку – такова была естественная реакция иудеев на произнесенное Иисусом Священное Страшное Имя, ведь обрядоверующие иудеи, действительно, боялись умереть, нарушив и эту, третью заповедь Божию. Но, исполняя только «букву» Закона, духом не познав Божества Иисуса Христа, видя в Нем только человека, еврейский народ не принял и новооткрытое спасительное Имя, «которого – по исповеданию апостолов – нет иного под небесем, данного человекам, о немже подобает спастися нам» (Деян. 4,12).

Тем ценнее для нас, принявших Новый Завет Христа, раскрывается заповедь «Не произноси Имени Господа Бога Твоего всуе», ибо Творец открыл Себя людям во всей полноте, явился Сам, как Искупитель всего рода человеческого. И ныне, произносящий любое Имя Божие неосторожно и напрасно, без благоговения и страха Божия – тяжко погрешает против Самого Бога, так как «по бытию и сущности своей имена Божии неотделимы от непостижимого существа Божия и суть Сам Бог, но для человеческого познания они разумеваемы верою, поскольку Бог, будучи недоступен нам в Своей сущности, открывается, однако, в Своих именах».

За отступление сынов израилевых, поклонявшихся идолам и не слушавших Божиих пророков, Господь попустил разрушение Иерусалимского храма, царского дома и вообще всего Иерусалима. Так исполнилось слово Господне Соломону о наказании иудеев за измену Имени Божию и начался безславный период Вавилонского пленения…

После 70-летнего пребывания в Египте, Господь вновь милует Израиль и повелевает Киру, царю Персидскому, всеми средствами помогать иудеям восстанавливать храм в Иерусалиме. В конце VI в. до Р.Х. второй храм был благополучно воздвигнут, что означало возвращение еврейскому народу утраченного права призывания всесильного Имени Божия. Правда, в напоминание о измене Богу, навсегда был потерян Ковчег Завета со скрижалями Моисея…

Но пять веков спустя, именно в этот храм Богоизбранные родители Иоаким и Анна привели свою Пречистую Дщерь. Святая Отроковица сподобилась возрастать душею и телом во «Святая Святых», куда по особому откровению Божию Ее поместил первосвященник Захария. Там Она и услышала Имя Мессии, явление Которого становилось все более ожидаемым по всем предсказанным пророками срокам…

«И се зачнеши во чреве, и родиши сына, и наречеши Имя Ему Иисус» (Лк. 1,31)...

2. «Благословен грядый во Имя Господне»

Двадцать веков назад пришел Тот, Кого ожидали народы. Безначальное Слово Отца «стало плотью и обитало с нами» (Ин. 1,14).

Новое откровение принесло нам и новое Имя – Иисус, что значит – Спаситель. Имя Иисус от вечности составляло предмет плана Божиего. Творец нашего естества проявил Себя во времени, ради нас воплотившись Сам.

«По прошествии восьми дней, когда надлежало обрезать Младенца, дали Ему имя Иисус, нареченное Ангелом прежде зачатия Его во чреве» (Лк. 2,21).

Святитель Димитрий Ростовский в «Слове на Обрезание Господне» пишет: «Сие Имя Спасительное Иисус прежде век в Троическом Совете бе предуготовано, написано, и даже доселе хранимо в наше избавление, ныне же, аки безценный бисер во искупление рода человеческого от сокровищ пренебесных принесено».

Но как мог искупить и искупил нас не простой только человек Иисус, а Христос, как Бог и Человек в одной и той же Ипостаси, то поэтому Его Имя должно быть прилагаемо не к одному только Его Человеческому естеству, но и Божественному.

«Ты, Господи, Отец наш, от века Имя Твое: «Искупитель наш» – восклицает пророк Исаиа (63,16).

Таким образом, Имя Иисус от вечности получило начало и продолжится без конца на всю вечность, поэтому Оно и превыше времени. Значит Оно превыше и всех имен тварных; Оно превыше имен архангелов, ангелов, херувимов и серафимов; Оно, в каком-то смысле, превыше остальных Имен Божиих – по Своей Искупительной славе.

Орган Святого Духа – Апостол Павел свидетельствует: «Темже и Бог Его превознесе, и дарова Ему Имя паче всякого Имене: да о Имени Иисусове всяко колено поклонится, небесных, земных и преисподних…» (Флп. 2,10).

Быть Спасителем составляло задачу земной жизни Христа, задачу, которую Он, как из любви от вечности принял на Себя, так и из любви во времени выполнил ее, притом так выполнил, что небо и земля пришли в изумление от Такого величайшего и безграничного смирения, которым уничтожилось величайшее действие высокомерия и противления человека Закону Божию и Самому Богу...

Когда господь наш Иисус Христос был предан на смерть, Он попустил лишить Себя всего: одежда Его была снята с Него, Человеческое достоинство Его было поругано, ученики Его, за исключением одного, разбежались, испытывая величайшую душевную скорбь, Он почувствовал, что Его оставил даже Бог Отец.

Но Имя Христово (Иисус Христос Царь Иудейский), надписанное на трех языках, сияя над главою Его, оставалось неразлучно и с Его Душой в аду, и с Его Телом на Голгофском Кресте, и как бы явилось свидетельством для всех народов непостижимого Таинства Искупления всего рода человеческого такою дорогою ценою.

И воскрес из мертвых Господь Иисус с тем же Именем, точнее сказать, то же самое Имя прошло врата смерти и жизни, распахнув врата преисподней, будучи нераздельно, единоипостасно с Его носителем, в Котором нет изменения и Который пребудет Тот же во веки веков.

И вознесся на Небо Господь во Имени Своем, воссел одесную Отца во всей славе Своего Имени – Искупитель, и с полнотой законной власти грядет судить живых и мертвых.

В Имени «Иисус» выражается та слава Божия, которая превосходит славу всех остальных дел Божиих! Это слава Его крестных страданий, смерти и воскресения. Страстью Своею на Кресте и пролиянием Божественной Крови Христос благоволил искупить падшее создание Свое. Вот почему это Имя есть «Имя паче всякого имени».

Таинственный смысл имени «Иисус» раскрыл известный ученый, еврейский каббалист, принявший христианство около 1070 г., мароккский раввин Самуил в своей книге «Златое Сочинение», изданной в русском переводе Киево-Печерской Лаврой. Имя «Яхве», Господь Сущий, пишется по-еврейски четырьмя буквами «Иод», «Ге», «Вав», и «Ге»; «Иод» обозначает Отца, «Ге» Сына и «Вав» Святаго Духа. Буква «Ге» дважды повторяется, знаменуя предвечное бытие Бога Слова и рождение Его от Девы во плоти. Буква «Иод», по простоте строения своего, относится ко Отцу и называется каббалистами символом первого начала. Буква «Ге» по своему написанию изображает сошествие вниз, то есть Христа во ад, за которым следует восхождение на небо; «Вав» для означения второй человеческой природы Господа нашего Иисуса Христа, воплотившегося от Духа Свята. Раввины Имя Божие в письме означают одной литерой «Ге». Древняя синагога и каббалисты изображали Божество литерою «Шин», состоящею из трех связанных между собою «Иод» (т. е. III). Чудное дело! Литера сия, быв поставлена в середине четырехбуквенного Имени Яхве, дает достопоклоняемое имя Иисус. Воистину, глубок и непостижим сокровенный смысл Имени Иисус, которое заключает в себе все Имена Божии!

Но в опыте молитвы Имя Иисус мы употребляем исключительно как собственное Имя Христа – второго Лица Святой Троицы.

«Доныне вы ничего не просили во Имя Мое; просите и получите, чтобы радость ваша была совершенна… Истинно говорю вам: о чем ни попросите Отца во Имя Мое даст вам» (Ин. 16,23-24) – эти слова Христа являются и догматическим и аскетическим основанием для молитвы Его Именем. Таким образом, история так называемой Иисусовой молитвы начинается с апостольских времен. «Хочу лучше пять слов сказать умом моим, нежели тьму слов на незнакомом языке» – учит Апостол Павел; и «Всяк, иже призовет Имя Господне, спасется»; и ясно говорит для всех: «Непрестанно молитесь».

Иисусова молитва была живым преданием Церкви, она была общеизвестна для первых христиан и не требовала объяснений. Лишь по мере оскудения познания о ней святые отцы своими писаниями старались возродить древнюю традицию непрестанной молитвы Именем Христовым.

В позднее время, это святоотеческое учение о молитве Иисусовой наиболее доступно нашему разумению было изложено в трудах святителя Игнатия (Брянчанинова), широко известного не только своим образованным умом, но и сугубо монашеским практическим деланием. Приведем отрывок из его труда «Слово о молитве Иисусовой».

«Моление молитвой Иисусовой есть установление Божественное. Установлено оно не через посредство пророка, не через посредство Апостола, не через посредство Ангела – установлено Самим Сыном Божиим и Богом. После тайной вечери, между прочими возвышеннейшими, окончательными заповеданиями и завещаниями, Господь Иисус Христос установил моление Его именем, дал этот способ моления, как новый, необычный дар, дар цены безмерной. Апостолы уже знали отчасти силу имени Иисуса: они исцеляли им неисцелимые недуги, приводили к повиновению себе бесов, побеждали, связывали, прогоняли их. Это могущественнейшее, чудное имя Господь повелевает употреблять в молитвах, обещая от него особенную действительность для молитвы. Еже аще что просите, сказал Он святым Апостолам, от Отца во имя Мое, Аз сотворю (Ин. 14,13). О, какой дар, Он – залог нескончаемых, безмерных благ! Он истек из уст неограниченного Бога, облекшегося в ограниченное человечество, нарекшегося именем человеческим – Спаситель. Имя, по наружности своей ограниченное, но изображающее собой Предмет неограниченный, Бога, заимствующее из Него неограниченное, Божеское достоинство, Божеские свойства и силу».

Благодатная сила молитвы Иисусовой заключается в Самом Божественном Имени Богочеловека, Господа нашего Иисуса Христа. Уже приведенные цитаты из Священного Писания возвещают величие Имени Божия, но с особеннейшей определенностью значение этого Имени объяснил первоверховный Апостол Петр, когда синедрион допрашивал его: «Коею силою или коим именем даровано было исцеление хромому от рождения? Тогда Петр, исполнившись Духа Святаго, сказал им: начальники народа и старейшины Израильские!.. Да будет известно всем вам, и всему народу Израильскому, что Именем Иисуса Христа Назорея, Которого вы распяли, Которого Бог воскресил из мертвых, Им поставлен он перед вами здрав. Он есть камень, пренебреженный вами зиждущими, но сделавшийся главою угла, и нет в ком ином спасения, ибо нет другого Имени под небом, данного человекам, Которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4,8-12).

3. «Имя Божие есть Сам Бог»

Спор за Божество Имени Господня в России впервые произошел между приснопамятным отцом Иоанном Кронштадтским и епископом Феофаном, затворником Вышенским. Это было в 70-х годах XIX века вслед за первыми изданиями отцом Иоанном своих сочинений, в которых он Имя Божие назвал Богом. Владыка Феофан восстал против этого, не допуская почитать Имя Божие за Бога. Однако вскоре отступил от спора.

Уже позднее праведный Иоанн Кронштадтский был, согласно воле Государя Николая Александровича, назначен на должность постоянного члена Святейшего Синода, что вызвало такую же бурю негодования среди синодалов, как и в случае с назначением туда святителей Макария (Невского) и Питирима (Окнова). Впрочем, по причине тяжелой болезни в последние годы жизни отец Иоанн так ни разу и не посетил заседания Синода, что позволило ему не стать (наряду с названными Владыками) третьей мишенью для «любителей топтать» горячую любовь к Царю – Помазаннику Божию.

Мало кому известно о том, что архиепископ Антоний (Храповицкий), требовавший запрещения публикаций некоторых «неправославных» сочинений отца Иоанна, позднее заявлял, что не допустил бы никакого участия Кронштадтского пастыря в делах Синода за его «сомнительное учение»! Это учение об Имени Божием преподобного Иоанна Кронштадтского после его кончины пришлось отстаивать митрополиту Макарию Московскому как учение истинно церковное.

Так в чем же, по мнению архиепископа Антония, погрешал против Истины отец Иоанн? Оказывается, якобы в том, что учил о благодатности и предвечности Имени Спасителя: «Имя Божие – есть Сам Бог. Имя Его есть Он Сам – единый Бог в Трех Лицах, простое существо, в едином слове изображаемое и в то же время не заключаемое им и ничем сущим» – читаем в его книге «Мысли христианина».

Различая дух того времени необходимо заметить, что большинство епископата, заразившись либерализмом, в качестве знамени для антимонархических настроений, использовали идею патриаршества. А митрополиты Макарий Московский, Питирим Санкт-Петербургский, Флавиан Киевский, епископ Феофан Полтавский и другие подвижники благочестия уже после кончины праведного Иоанна Кронштадтского продолжали ограждать Царский Престол от властолюбивых «наемников» (Ин. 10,12), откровенно высказываясь против такого «патриаршества».

Восстанавливать можно было только то, что утрачено, то есть в данном случае патриаршество симфоническое – первого епископа при Царе, каковое по византийской традиции и имела Российская Церковь в семнадцатом веке.
Но владыка Антоний (Храповицкий), мечтавший о своем будущем патриаршестве, упорно искал компромат на праведного Иоанна Кронштадтского, Всероссийского Чудотворца, желая обнаружить какую-нибудь «ересь», дабы, подорвав его высокий авторитет, начать расправу с его многочисленными единомышленниками, своими идеологическими врагами. И такая возможность ему представилась в 1912 году...

Споры об Имени Божием, разгоревшиеся в начале XX века, затронули не какое-либо одно частное вероучительное положение, но сами те догматические основания, на которых зиждется все жизнедеятельное богословие святых отцов, в основном, монахов-подвижников, опытно прошедших путь богопознания, и своими писаниями утвердивших Вселенское Православие.

Встав на защиту Православного учения об Имени Божием – Имяславия, мы не будем углубляться в богословские вопросы этого раздора, требующих соборного авторитетного обсуждения, а просто попытаемся изложить и анализировать основные доводы противоборствующих сторон, а также выявить и оценить последствия этой великой брани вокруг Святейшего Имени «Иисус», ведущейся, в первую очередь, силами зла, падшими духами злобы поднебесной.

Задолго до того, обличая заразительный дух рационализма, маловерия и утерю страха Божия, свт. Игнатий (Брянчанинов), пророчески писал: «Учение о Божественной силе Имени Иисусова имеет полное достоинство основного догмата и принадлежит к всесвятому числу и составу этих догматов. Невежественное, богохульное умствование против молитвы Иисусовой имеет весь характер умствования еретического». При своей жизни он не раз говорил о том, что Святейшее Имя Иисусово есть и будет камнем преткновения для многих, что оно – «знамение пререкаемо».

Великий праведник земли Русской, любимый простым народом, батюшка Иоанн Кронштадтский, духовными очами прозирая последующую судьбу ревнителей славы Имени Божия, изрек: «Афонским инокам – венцы мученические»! Эта фраза из письма, отправленного на Святую Гору иеросхимонаху Антонию (Булатовичу), впоследствии и вдохновляла сего дивного борца с апостасией в Русской Православной Церкви.

Отец Антоний, являясь духовным чадом кронштадтского пастыря, был благословлен им на Святогорские подвиги книгой «Мысли христианина». И, естественно, руководствуясь ею по вопросам монашеской жизни, укреплялся поучениями своего духовного отца: «Когда ты про себя в сердце говоришь или произносишь Имя Божие, Господа, или Пресвятой Троицы, или Господа Саваофа, или Господа Иисуса Христа, то в этом Имени ты имеешь все Существо Господа: в Нем Его благость безконечная, премудрость безпредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость. Со страхом Божиим, с верою и любовию прикасайся мыслями и сердцем к этому всезиждущему, всеуправляемому Имени. Вот почему строго запрещает заповедь Божия употреблять Имя Божие всуе; потому, то есть, что Имя Его есть Он Сам – Единый Бог в трех Лицах, простое Существо»...

Именно с «простотою» связывает о.Иоанн присутствие Бога в Имени Его: об этом он часто и ясно свидетельствует в своем дневнике «Моя жизнь во Христе»: «Господь при безконечности Своей есть такое простое Существо, что Он весь бывает в одном Имени Троица, или в Имени Господь, или в Имени Иисус Христос».

Что же такое «Троице простая»? Батюшка так часто и так уверенно об этом говорит, как если бы он видел Самого Бога в Троице. Нам это недоступно в такой степени, и лишь отчасти можно судить по нашей душе: ум, воля и чувства – три способности, а одна душа. Однако, из «простоты» он выводит такое положение: «В Имени Своем Он, как Препростый Дух проявляется весь всецело, ибо частей в Нем никаких нет и быть не может! Следовательно, отсюда, скорее можно бы сказать, что Он присутствует в Имени всем Существом Своим».

И ныне, спустя 100 лет после кончины уже прославленного Святого праведного Иоанна Кронштадтского, нам необходимо опереться на его созерцание, его воззрение, ибо именно его, как оказалось, пророческие писания заложены в основу как будто нового учения, споры о котором до сего дня будоражат умы церковных богословов…

4. Имяславие

В 1878 году со Св. Горы Афон, из русского Пантелеимонова монастыря, отправилось несколько монахов во главе с отцом Иероном с целью основать на Кавказе новый монастырь, который перенес бы в пределы Российские афонское подвижничество. Этот монастырь получил название Симоно-Кананитского монастыря, а место, где он был основан, стали называть Новым Афоном. Одним из основателей его стал схимонах Иларион, который подвизался в пустынножительстве, всецело занимаясь деланием умной молитвы Иисусовой. Написанная им книга «На горах Кавказа» вызвала большой интерес и неоднократно переиздавалась. Напечатанная в 1907 году она вышла вторым изданием в 1910-м на средства Вел. Княгини Елизаветы Феодоровны и, наконец, в 1912 году была напечатана в Киево-Печерской Лавре огромным для того времени тиражем в 10 тыс экземпляров. Все три издания были одобрены духовной цензурой и вызвали положительные отклики со многих сторон, в первую очередь среди монашествующих. В 1908 году книга, в которой содержалось учение об Иисусовой молитве, пронизанное святоотеческим духом, попала и на Афон.

Однако, часть братии негативно отнеслась к выражениям о.Илариона, который, вторя Иоанну Кронштадтскому, писал, что Имя Божие есть Сам Бог. Сторонники этого основного тезиса Имяславия учили об энергийном соприсутствии Бога в Его Имени, а их противники считали, что Имя Божие лишь символ, косвенно напоминающий о Боге.

Ставленник архиепископа Антония (Храповицкого) на Афоне, иеромонах Алексий (Киреевский), известный нигилист, по его же заданию состряпал клевету на ту часть братии, которая придерживалась монархической (симфонической) идеологии. Он сообщил в Синод владыке Антонию, что большинство монахов Пантелеимонова монастыря (ссылаясь на Кронштадтского пастыря) якобы обожествляют буквы и звуки Имени Божия, почитая имя отдельно от Бога. Их стали дразнить: «имябожники».

Сами же афонские монахи, православно исповедающие святость и предвечность Имени Божия, себя называли имяславцами, а своих клеветников – имяборцами.

Судя по этому враждебному противостоянию, одной из главных причин неприятия Имяславия со стороны официальных церковных властей, явилась практическая несостоятельность умного молитвенного делания начальствующих лиц русского монашества, в том числе и большей части членов Священного Синода – архиереев.

Само учение имяборцев о непредвечности и безблагодатности Имени Господня было направлено против делателей Иисусовой молитвы, особенно против монашествующих.

Игумен Пантелеимонова монастыря о.Мисаил и старший духовник обители о.Агафодор поручили схимонаху из Ильинского скита о.Хрисанфу (Минаеву) раскритиковать книгу о.Илариона, написав на нее соответствующую рецензию. Эта рецензия и стала определяющим толчком к бурным событиям на Святой Горе, приведшим Вселенское Православие к таким печальным последствиям.

Инок Хрисанф, не потрудившись подробно ознакомиться с Преданием святых отцов по данному вопросу, не изучив самой книги, необоснованно приписал о.Илариону утверждение, что Имя Божие творит чудеса независимо от Самого Бога, о чем ни автор, ни его последователи никогда не высказывали. А еще один насельник Ильинского скита – иеромонах Алексий (Киреевский) стал утверждать, что Имя Иисус, произносимое в Иисусовой молитве, есть такое же простое человеческое имя, как и все другие человеческие имена.

Началось безкомпромиссное трагическое разделение мнений по вопросу о Православном почитании Имени Божия...

Промыслительно посетивший Афон в 1912 году, знаменитый проповедник владыка Трифон (Туркестанов), викарий Московский, стал свидетелем первых притеснений имяславцев, ставших жертвой клеветнической кампании врагов Царского Престола. Проведя элементарное разбирательство, при котором открылась злонамеренная клевета на исихазм, владыка Трифон распорядился убрать иеромонаха Алексия (Киреевского) с Афона.

В 1912 году в уже разгоревшуюся полемику вступил о.Антоний (Булатович), подвизавшийся в Андреевском скиту. Ему и надлежало встать во главе всего движения имяславцев. Чудесным образом наставленный от Бога по молитвам своего духовника, о.Иоанна Кронштадтского, вскоре он пишет несколько статей в защиту Имени Божия, а в мае 1912 года – подробное письмо в правящий Российский Синод, с разъяснением того, как именно понимается имяславцами выражение отцов Иоанна и Илариона «Имя Божие есть Сам Бог», и с опровержением нелепых клеветничесих обвинений против них.

Письмо это, однако, имело следствием лишь гнев архиепископа Антония (Храповицкого) на простого, «дерзкого» иеромонаха, осмелившегося противостать иерархам Церкви в Богословском вопросе.

Архиепископ Антоний, имевший тогда огромное влияние в Синоде, с самого начала занял резко отрицательную позицию по отношению к Имяславию, используя свои власть и авторитет для давления не только на клириков и мирян, но и на членов самого Священного Синода Русской Православной Церкви.

Это противостояние двух Антониев имело мистическое значение, в итоге разделив русское монашество, основанное прп. Антонием Киево-Печерским, и обозначив падение монашества вселенского, основанного прп. Антонием Великим.

С благословения архиепископа Антония, в журнале «Русский инок», издававшемся в Почаевской Лавре, была напечатана упомянутая рецензия схимонаха Хрисанфа, а также появились заметки самого владыки, где учение о.Илариона сравнивалось с пантеизмом (многобожием) и хлыстовством (сектой, погрязшей в свальных грехах).

Одна за другой появляются критические статьи, посвященные разбору «имябожнических» высказываний в книге «На горах Кавказа». В опубликованной рецензии инока Хрисанфа имя Иисус «силою посредствующей», не имеющей Божественной силы, а вера в то, что имя Иисусово есть Сам Бог, называется «пантеизмом». Архиепископ Антоний в статье «Еще раз о книге схимонаха Илариона «На горах Кавказа» ставит имя Иисуса (Богочеловека) в один ряд с именами других Иисусов (людей). «Самое имя Иисус не есть Бог» – пишет владыка, вступая в противоречие с общецерковным учением о том, что имя Божие присуще не только Его Существу, но и Его Энергии (V анафема против Варлаама), приравнивая Богооткровенную истину к нравственно-психологическому явлению.

Догматическое сознание владыки Антония ярко характеризует тот факт, что в последние годы жизни он развивал учение о том, что наше искупление произошло не на Голгофском Кресте, а во время душевных мук Спасителя в Гефсиманском саду, то есть, вопрос спасения от греха, проклятия и смерти переводился в чисто псилогическую область.

В августе 1912 года на страницах журнала владыка Антоний называет схимонаха Илариона «впадшим в прелесть», а кавказских и афонских подвижников – «шайкой сумасшедших», сравнивает веру в Божественное достоинство Божиих имен с «хлыстовщиной», способной привести к свальному греху «мужиков и баб».

Учитывая, что журнал «Русский инок» в то время выписывали почти все монастыри, многие из духовенства и мирян, получилось, что ложный, не православный взгляд на Имя Божие и Иисусову молитву стал распространяться по всей России.

В ответ на обвинения в ереси отец Антоний (Булатович) в том же году начинает печатную полемику: в январе 1912 года появляются два первых сочинения – «О почитании Имени Божия», «О молитве Иисусовой», а Великим постом 1913 года основной Богословский труд – «Апология веры во Имя Божие и во Имя Иисус». Имяславцы получили фундаментальную опору, которой им, большей частью, необразованным, простым инокам, поначалу так не хватало. Приведем несколько выдержек из этого труда:

«О том, что воистину Имя Божие есть словесное действие Божества, то есть Истина, Самим Богом реченная о Самом Себе, ясно свидетельствует Сам Господь Иисус Христос: «Явих Имя Твое человеком» (Ин. 17,6). – «Отче, прослави Имя Твое!» «И прославих, и паки прославлю» (Ин. 12,28). – «И сказах Имя Твое и скажу, да любы, ею же Мя возлюбил еси, в них будет и Аз в них» (Ин.17,26). – (Слышите, как дивно совокупляются любовь Божия с Именем Божиим и с человеком, исповедующим Имя Божие!)».

«Веруяй в Мя, якоже рече Писание, – реки от чрева его истекут воды живы. Сие рече о Дусе, Его же хотяху приимати верующии во Имя Его» (Ин. 7,38-39). Слышите, как Евангелие отождествляет веру в Самого Господа с верою во Имя Его. Но обратите внимание на последующие слова: «Не у бо бе Дух Святый, яко Иисус не у бе прославлен». – Этими словами Апостол говорит, что тогда, когда Господь изрек эти слова, во Имя Его уверовать, как в Бога, было еще невозможно, ибо Господь Иисус не оправдал еще Имени Своего на Кресте, а поэтому и тех богатых благодатных даров, обещанных Господом, получить тоже не было возможности, ибо невозможно было поверить, что Иисус Христос тезоименит Имени Своему и что Он есть истинный Спаситель Христос, Сын Вышнего, Сын Бога Живого. Но когда Господь прославил Имя Свое на Кресте и явил Себя тезоименитым Имени Своему Своим воскресением и на небеса вознесением, тогда вместе с верой в Божество Христово воссияла в верующих и вера в Божественную силу Имени Его, как в Самого Иисуса».

«Что имя Господа Иисуса не есть сила посредствующая, но есть величайшая Божественная сила, дарованная Богом людям, свидетельствуется ясно в Деяниях Апостольских: когда апостолы Петр и Иоанн, возвратившись к апостольской братии после допроса в синедрионе по поводу исцеления ими хромого, поведали им о прещениях иудейских и запрещении даже произносить Имя Господа Иисуса, тогда христиане воздвигли ко Господу глас вседушной молитвы. И о чем же стали они просить Бога? – О двух благодатных дарах: 1) о мужестве в проповеди – «даждь рабом Твоим со всяким дерзновением глаголати слово Твое», 2) о том, чтобы Иисус Христовым творились чудеса и знамения и исцеления, – «внегда руку Твою прострети Ти и во исцеления, и знамением, и чудесем бывати Именем святым Отрока Твоего Иисуса!» (Деян. 4,29-30)».

«О том, что Имя Господне дано Церкви как главная Божественная сила для созидания ее, ясно свидетельствует апостол Иаков: «Бог посети прияти от язык люди о Имени Своем, и сему согласуют словеса пророк... якоже да взыщут прочии человецы Господа, и вси языцы, в них же наречеся Имя Мое...» (Деян. 15,14-17)».

С самого начала 1913 года, многим участникам этого духовного противостояния стало понятно, что наступает решающая его фаза.

Уже в январе, братия Андреевского скита большинством голосов (согласно Уставу скита) низложили игумена-имяборца Иеронима (обвинявшего имяславцев в отождествлении Имени Божия и существа Божия), и избрали вместо него имяславца архимандрита Давида. Желая сохранить власть, низложенный игумен и его сторонники стали жаловаться в вышестоящие инстанции – Константинопольскому Патриарху, светским властям Афона, в Российский Синод, обвиняя монахов скита в ереси, бунтарстве и насилии.

В феврале о.Антоний (Булатович) выехал в Россию, чтобы лично объяснить церковным властям создавшееся положение и просить о справедливом рассмотрении дела. Однако, в Синоде его выслушать не захотели, даже были попытки ареста, о чем ему сообщил настоятель Афонского подворья.

Между тем, греки решили воспользоваться спором об Имени Божием, чтобы получить решительное преобладание на Святой Горе, и потребовали, чтобы русские удалили так называемых еретиков.

На основе вышедшего в свет «Отзыва Халкинской богословской школы об учении Имябожников», подписанного первыми греческими иерархами, новоизбранный Константинопольский Патриарх Герман V поспешил осудить учение имяславцев раньше Российского Синода. После скорого суда над арх-том Давидом, 5 апреля 1913 года на Афон была доставлена грамота Вселенского Патриарха, в которой говорилось: «Происшедшее от заблуждения и превратного невежественного толкования новоявленное и неосновательное это учение составляет хульное злословие и ересь, как отождествляющее и сливающее неслитное, и тем ведущее к пантеизму (всебожию)».

А за Богослужением в этот Великопостный день читалось повествование из Ветхого Завета последней главы книги Бытия о великом плаче иудеев по смерти Патриарха Иакова, который, по учению Церкви, прообразует собою Новый Израиль как совокупность всех спасенных людей во Христе.

Те, кто понимал тогда что свершилось в тот день, ясно читали строки Св. Писания: «И пошел Иосиф хоронить отца своего. С ним отправились также колесницы и всадники, так что сонм был весьма велик. И видели жители земли той, Хананеи, плач, и сказали: велик плач этот у Египтян! Посему наречено имя месту тому: плач Египтян, что при Иордане» (Быт. 50,7,9,11).

Наверное, и многие Афонские старцы, знающие о злополучной грамоте Вселенского Патриарха, хулившей Имяславие, а значит – само Имя Божие и Самого Бога, плакали и сокрушались о таком падении церковной организации, ведь они не могли не видеть грядущих за тем последствий, действительно, ведущих к духовной смерти.

Вообще, по толкованию святых отцов, Израиль был носителем Имени Божия, и с истреблением Имени Израиля было связано поругание Имени Божия (Нав. 7,9). Это живая связь с Господом, и сохранение имени народа есть выражение этой связи. «За внимание к заповеди, – говорит Господь, – не изгладилось бы, не истребилось бы имя Израиля предо Мною». Поэтому с новым небом и новой землей, говорит Господь, «всегда будет пред лицем Моим… семя ваше и имя ваше». Об этом вещал пророк Исаиа в тот самый день: «Выслушайте слова Господа, трепещущие пред словом Его: ваши братья, ненавидящие вас и изгоняющие вас за имя Мое, говорят: «пусть явит Себя в славе Господь, и мы посмотрим на веселие ваше. Но они будут постыжены… Ибо вот, придет Господь в огне, и колесницы Его – как вихрь, чтобы излить гнев Свой с яростью и прещение Свое с пылающим огнем». Это строки из последней, 66-й главы, читавшейся 5 апреля 1913 года.
Конечно же, искреннее, деятельное покаяние могло не только ослабить, но и остановить действие адских сил, которые с остервенением, пока попущена земная Церковная организация (за похуление Имени Христа Спасителя – Главы Церкви), кинулись осуществлять планы богоборца-сатаны (вспомним «Шествие разрушителя»). Господь ждал покаяния, непрестанно вразумляя заблуждающихся имяборцев. И решение Российского Синода по вопросу «Афонской смуты» должно было стать определяющим...

16 мая 1913 года под председательством митрополита Петербургского Владимира, состоялось экстренное заседание Св. Синода. Были заслушаны три доклада: архиепископов Антония Волынского, Никона Вологодского и профессора СПбДА С.Троицкого. Во всех этих докладах учение отцов Илариона и Антония (Булатовича) признается еретическим. Архиеп. Антоний идет даже дальше и говорит, что «назвать лжеучение ересью – значит оказать ему большую честь, так как это просто-напросто хлыстовские сумасбродные бредни».

По поручению Синода, сводку всех трех докладов в виде Послания «Всечестным братиям во иночестве подвизающимся» составил архиепископ Финляндский Сергий (Страгородский). Послание это было заслушано и единогласно одобрено членами Святейшего Синода 18 мая 1913 года. Впоследствии оно было зачитано во всех храмах Российской Церкви.

Синод выдвигает обвинения имяславцам и их апологету отцу Антонию (Булатовичу) в обожествлении слов и букв Имени Божия, в «магическом суеверии», принуждающим Бога «быть Своею благодатию с... человеком и творить свойственное Ему». «Новые учители явно смешивают энергию Божию с ее плодами, когда называют Божеством и даже Самим Богом и Имена Божии, и даже церковные молитвословия, то есть, не только слово, сказанное Богом, но и все наши слова о Боге... «слова, коими мы именуем Бога», но ведь это обоготворение твари».

В противовес были изложены три основных тезиса, по сути, утвердивших ересь имяборчества:

1) Имя Божие есть только имя, а не Сам Бог и не Его свойства, название предмета, а не сам предмет. Оно не есть и энергия Божия.

2) Чудеса творятся не Именем Божиим, а верой нашей.

3) Св. Таинства совершаются не Именем Божиим, а по молитве и вере Святой Церкви.

К примеру, описывая свое впечатление от этого Послания, последовательный защитник Имяславия как Церковного учения, митрополит Вениамин (Федченков) позднее вспоминал, что он «ощутил такой острый духовный удар, будто от меня потребовали отречения от Православия!»

В итоге: частные и случайные мнения трех христиан были положены в основу Послания об Имени Божием, выдаваемого не только за мнение всех членов Синода, но и за голос всей Российской Церкви.

Послание от 18 мая 1913 года было опубликовано в «Церковных Ведомостях», получив широкое распространение. Несмотря на всю свою богословскую несостоятельность оно оказало значительное влияние на дальнейшую судьбу Имяславия.

Мы же вновь обратимся к мистическому опыту Церкви – к Слову Божию, книге, в которой только и нужно искать ответы на затруднительные вопросы Православного вероучения. 16 мая на Божественной Литургии читалось Евангелие от Иоанна, 35 зачало: «И сказал Иисус: на суд пришел Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы. Услышав это, некоторые из фарисеев, бывших с Ним, сказали Ему: неужели и мы слепы? Иисус сказал им: если бы вы были слепы, то не имели бы на себе греха; но как вы говорите, что видим, то грех остается на вас. Истинно, истинно говорю вам: кто не дверью входит во двор овчий, но прелазит инуде, тот вор и разбойник; а входящий дверью есть пастырь овцам…» и далее из 10-й главы: «Сию притчу сказал им Иисус, но они не поняли, что такое Он говорил им. Итак, опять Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам, что Я дверь овцам. Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет и выйдет, и пажить найдет».

На следующий, второй день заседания Синода, 17 мая, читалось продолжение 10-й главы, в обличение неверующих: «Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее… От этих слов опять произошла между Иудеями распря. Многие из них говорили: Он одержим бесом и безумствует: что слушаете Его? И ходил Иисус в храме, в притворе Соломоновом. Тут Иудеи обступили Его и говорили Ему: долго ли Тебе держать нас в недоумении? если Ты Христос, скажи нам прямо. Иисус отвечал им: Я сказал вам, и не верите; дела, которые творю Я во Имя Отца Моего, они свидетельствуют о Мне. Но вы не верите, ибо вы не из овец Моих…».

Не вразумились имяборцы, и 18 мая услышали, а точнее, не услышали слова Христа: «Овцы Мои слушаются голоса Моего и Я знаю их, и они идут за Мною… Отец Мой, Который дал Мне их, больше всех, и никто не может похитить их из руки Отца Моего. Я и Отец – одно. Тут опять Иудеи схватили каменья, чтобы побить Его. Иисус отвечал им: много добрых дел показал Я вам от Отца Моего; за которое из них хотите побить Меня камнями? Иудеи сказали Ему в ответ: не за доброе дело хотим побить Тебя камнями, но за богохульство, и за то, что Ты, будучи человек, делаешь Себя Богом. Иисус отвечал им: Тому ли, Которого Отец освятил и послал в мир, вы говорите: богохульствуешь, потому что Я сказал: Я Сын Божий? Если Я не творю дел Отца Моего, не верьте Мне; а если творю, то когда не верите Мне, верьте делам Моим, чтобы узнать и поверить, что Отец во Мне, и Я в Нем».

Эти, воистину, грозные слова Суда, пока еще, промежуточного, могут, при отсутствии должного покаяния, стать и смертным приговором на Суде Страшном – окончательном!

Еще в Ветхом Завете, за 2400 лет до официального имяборчества Господь устами Своего пророка сказал: «Вы священницы, презирающие имя Мое... Несть воля Моя в вас, глаголет Господь Вседержитель, и жертвы не приму от рук ваших. Зане от восток солнца и до запад имя Мое прославися во языцех» (Мал. 1,10,11).

Но не вразумились тогда церковные первосвященники. Тенденциозность взяла верх, диалог прервало появление официального осуждения учения об Имени Божием и «Послания Святейшего Синода», в котором напрочь отрицалась возможность присутствия Бога в Его Имени. После этого поток взаимных обвинений со страниц листовок, брошюр, церковных и светских периодических изданий многократно увеличился, книгу отца Илариона «На горах Кавказа» было приказано изъять из монастырских библиотек. А после опубликования «Послания» в церковной прессе, враги Имяславия сочли, что могут теперь смотреть на Афонских имяславцев, как на еретиков, не подчиняющихся Синоду, и поступать с ними, как с бунтовщиками.

Этим насилием против исповедников Имени Божия, сторонников аскетической церковной традиции и верных слуг Государя открывается самая позорная страница противостояния имяборцев с имяславцами.

5. «Разгром Имени Божия»

После «законного» решения вопроса об «Афонской смуте» определением Российского Синода от 19 мая 1913 года, утвержденного Его Императорским Величеством, на Святую Гору был командирован Архиепископ Никон (Рождественский), который сыграл одну из главных ролей в разгроме русского монашества на Афоне, а по сути, – Самого Святейшего Имени Божия.

Известный церковный писатель, авторитетный публицист, издатель «Троицких листков», являющийся постоянным членом Священного Синода, Архиепископ Никон привозит с собой в большом количестве свою статью «Великое искушение около святейшего Имени Божия», изданную отдельной брошюрой для распространения среди русских иноков. Эта статья является единственным трудом владыки Никона, раскрывающим его богословско-философскую позицию по вопросу Имени Божия и наименования в целом.

С первых же строк, осуждая позицию имяславцев, владыка выдает свои измышления, как учение Церкви: «Имя есть условное слово, – пишет он, – более или менее соответствующее тому предмету, о котором мы хотим мыслить; это есть необходимый для нашего ума условный знак, облекаемый нами в звуки (слово), в буквы (письмо), или же только вне нашего ума несуществующий образ (идея). Без такого знака наш ум был бы не в состоянии приблизить к своему пониманию тот предмет, какой мы разумеем под тем или другим именем. Наш дух, сам по себе, вне тела, может быть, в таких именах и не нуждается; но теперь, пока он заключен в телесный состав, он иначе мыслить не может. Обычно имя указует нам какие-либо свойства предмета, приближаемого к нашему мышлению, но повторяю: реально – ни духовно, ни материально – имя само по себе не существует».
Совпадает ли такой взгляд архиепископа Никона на «ИМЯ» вообще, и, тем более, на Имя Божие, с Православным вероучением? Так как вопрос о наименовании ложится в основу данной статьи, мы решили раскрыть мистическое значение наречения имени более подробно (см. гл. №7).

Итак, 4 июня к берегам Афонского Русского Свято-Пантелеимонова монастыря для прекращения смуты на военном канонерском судне «Донец» (при полной боевой амуниции!) прибыли владыка Никон, профессор С. В. Троицкий, российский консул в Константинополе Шебунин и сотрудники консульства Серафимов и Щербина.

Архиепископ Никон внушал «монахам-простецам» не пускаться в догматические исследования и смириться, дабы не подвергнуться суду и отлучению. Консул говорил, что необходимо подчиняться Вселенскому Патриарху и Российскому Синоду.

Но как же, наверное, укреплялись духом исповедники Имени Божия, слышав на уставной ночной Литургии читавшееся Евангелие от Матфея: «Увидев народ, Он взошел на гору и… отверзши уста Свои, учил их» Заповедям блаженств, говоря и эти, последующие слова: «Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас. Вы – соль земли» (Мф. 5,1-13).

Не сумев найти общий язык с монахами-имяславцами, архиепископ Никон решается на применение силы, и уже через неделю, 11 июня, русский пароход «Царь» доставил на Афон 118 солдат и 5 офицеров, которым предстояло стать исполнителями злой воли начальников не военных, а церковных. И здесь, словно эхом, мы слышим вопли первосвященников: «распни», а послушными распинателями видим воинов Царя земного. История повторяется…

В то же время, Евангельский глас не умолкает – в этот день за Литургией читают: «Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные: по плодам их узнаете их…» (Мф. 7,15-21).

13 июня Протат – верховное Правление Афона, в котором заседают игумены важнейших Афонских монастырей, заявил, что если «еретиков» не удалят русские, то их удалят греки. В этот день под охраной солдат в Покровском соборе владыка Никон пытался склонить имяславцев к отказу от «нового учения», но все попытки «обращения» успехом не увенчались, поэтому он распорядился приступать к активным действиям по «искоренению ереси» на Афоне.

С 14 по 17 июня в Пантелеимоновом монастыре была произведена перепись. Из 1700 насельников, участвовавших в этом догматическом споре, лишь четверть не присоединилась к имяславцам.

А 3 июля началось насильственное выселение имяславцев на прибывший военный пароход «Херсон». Часть монахов монастыря оказала сопротивление. Тогда «безоружных, совершавших церковное служение иноков, подвергли неслыханному истязанию – их в продолжении целого часа окатывали в упор из двух шлангов сильнейшей струей холодной воды, сбивая с ног. Солдат приказали за обедом усиленно напоить вином, и выбирали из них охотников «бить монахов». Затем, полупьяных, осатаневших солдат бросили на беззащитных иноков… Били тех безпощадно! Хватали за волосы и бросали оземь, били лежащих на полу ногами, сбрасывали по мокрым лестницам с четвертого этажа; били прикладами по голове и чем попало! Судовой врач на «Херсоне» зарегистрировал 46 раненых с колотыми, резанными ранами. Было похоронено и четверо убитых…

Наконец, израненных, залитых кровью и водою иноков пригнали на пароход».

Из Андреевского скита имяславцы отправились на пароход без всяких принудительных мер.

На пароходе «Херсон» в Одессу было вывезено 621 человек монахов, остаток имяславцев (числом 212) чуть позже был посажен на пароход «Чихачев» и также доставлен в Одессу, где монахи подверглись подробному дознанию для выяснения личности и степени причастности к безпорядкам. Решение официальных лиц было крайне суровым: «Лица, признанные в сане и монашестве Русскою Церковною властию, в числе 8 были отправлены на подворье Андреевского скита. 40 человек, обвиняемых и подозреваемых в уголовных преступлениях, были отправлены в тюрьму, а остальные были направлены по проходным свидетельствам в мирском одеянии для водворения на Родину по местам прописки. В России указом Синода от 24 августа 1913 года иноки не принявшие Послания запрещались в священнослужении и причащении Святых Таин.

В ознаменование окончания борьбы с имяславцами Патриарх Герман V наградил архимандрита и наместника Пантелеимонова монастыря золотыми наперсными крестами и грамотами. В послании к Святейшему Синоду Патриарх выразил пожелание, чтобы лица, изгнанные с Афона, даже при раскаянии не могли быть возвращены на Афон. Это свидетельствовало о неискреннем подходе греков к решению этой проблемы и вполне соответствовало их планам эллинизации Афона после вхождения Святой Горы в состав Греции в 1912 году.

В течении последующих месяцев со Святой Горы добровольно выехало еще большое число иноков, отказавшихся дать требуемую подписку о непризнании Божества Имени Господня. Высылка с Афона стала великой трагедией для русских иноков: многие из них прожили там по несколько десятков лет. Среди высланных был и ныне прославленный прп. Кукша Одесский.

Миссия посланцев Синода была завершена. В результате, русская часть Афона уменьшилась почти наполовину. А как показало время – положение всего русского Святогорского монашества крайне ухудшалось. Сейчас в Пантелеимоновом монастыре подвизаются ок. 50 монахов (когда-то было ок. 3000), утрачены многие скиты и кельи, в том числе и Ильинский Скит, который вскоре после Афонского разгрома 1913 года отошел грекам. А имяславский скит Апостола Андрея Первозванного вообще лишился обитателей и теперь находится в запустении.

Да, таковы горькие плоды борьбы с Богом, уничижения Божественной Силы Его Святейшего Имени, небрежного отношения к этому важнейшему вопросу догматического Богословия.

По завершении расправы над «непокорными монахами» журнал «Русский инок» опубликовал заметку под названием: «Благодарность Государю за освобождение Афона от революционеров и сектантов», в которой цитировал благодарственную телеграмму архимандрита Пантелеимонова монастыря Мисаила. В адрес Императора отец Мисаил, собственноручно уничтоживший в свое время имяборческий «Акт о недостопоклоняемости имени «Иисус» и подписавший имяславческое исповедание, выражал «усерднейшую благодарность за освобождение монастыря от... грозившей ему со стороны революционеров и сектантов опасности разорения».

Царь внимательно следил за конфликтом на Афоне и строго санкционировал его устранение, все время интересуясь обстоятельствами происходивших безпорядков. Но после того как Государю доложили о безпрецендентном самочинии архиепископа Никона, Он решил пресечь развитие событий, протекавших в антиканоничном русле.

Сразу же по изгнанию афонских монахов, 17 июля, Государь Николай Александрович слушал доклад обер-прокурора Св. Синода Саблера о событиях на Афоне. Состоялась и Его встреча с Г. Е. Распутиным, который, безусловно, сочувствовал имяславцам.

Уже в августе 1913 года в Священный Синод от уполномоченного более чем от 600 высланных иноков подано прошение о пересмотре их дела.

В конце сентября в Алупке Николай II принял наместника Пантелеимонова монастыря иеромонаха Иакинфа и духовника обители иеромонаха Мелитона, которые благодарили Государя «за спасение от гибели». Царь, в свою очередь пожелал, «чтобы впредь не повторялись такие печальные события».

Желая выслушать обе противостоящие стороны, в феврале 1914 года Николай Александрович принял в Царском Селе депутацию из четырех изгнанных афонских старцев. Государь «принял их очень милостиво, выслушал всю историю их удаления с Афона и обещал им Свое содействие к мирному урегулированию их дела, а Ее Императорское Величество настолько была растрогана их печальной повестью, что не могла воздержаться от слез». 25 марта о.Антоний (Булатович) пишет письмо Государю с просьбой повелеть разобраться в учении имяславцев, назначив особую богословскую комиссию. Промедление и беззаконные действия Синода, по его мнению, буквально «наталкивают» Россию на бедствия. «К каким дальнейшим бедствиям это приведет Россию, ведает один лишь Бог» – так пророчески заканчивает свое письмо о.Антоний.

Уже сам факт высокомилостивого приема «имябожников» направил ход дела в более благоприятное для имяславцев русло.

В апреле Государь пишет письмо митрополиту Московскому Макарию, выражая благоприятное мнение об имяславцах, а чуть позже – на Пасху, в Ливадии, Государь передал обер-прокурору Саблеру следующую записку: «В этот Праздников Праздник, когда сердца верующих стремятся любовию к Богу и ближним, душа моя скорбит об афонских иноках, у которых отнята радость приобщения Святых Таин и утешение пребывания в храме. Забудем распрю: не нам судить о величайшей святыне – Имени Божием, и тем навлекать гнев Господень на Родину; суд следует отменить и всех иноков по примеру митрополита Флавиана Киевского разместить по монастырям, возвратить им монашеский сан и разрешить священнослужение».

По причине того, что Синод вовсе не имел канонического права принимать решения богословско-канонического характера, Государь Николай II (как верховный в Церкви покровитель правоверия и благочестия) распорядился провести на Церковном суде богословскую экспертизу и принять соборное решение, которое только и может стать основанием для законного решения Синода.

Только после этого дело сдвинулось. При прямом содействии митрополита Макария (Невского) в мае 1914 года происходит ряд встреч и бесед с имяславцами Епископа Верейского Модеста, определенного к сему послушанию Московской Синодальной Конторой. Преосвященный Модест с радостью пишет в одном из писем: «Все иноки-имяславцы оказались истинными чадами Церкви… Разность мнений не должна мешать единению и любви…». Богословскую же сторону вопроса о почитании Имени Божия предлагалось отложить до созыва Собора.

7 мая последовало Определение Московской Синодальной Конторы за № 1443, в котором говорилось, что «у иноков-имяславцев нет оснований к отступлению ради учения об Именах Божиих от Православной Церкви».

«Суд пришел к заключению, что в нас нет того состава преступления, за которое Святейший Синод предал нас церковному суду... — писал позже отец Антоний (Булатович), — и из этого заключил, что мы неповинны в приписанном нам было обожествлении самого тварного имени, взятого в отвлечении от Самого Бога, и, следовательно, что нет для нас оснований отлагаться от церковного общения с иерархией... и иерархии нет оснований лишать нас ради нашего боголепного почитания Имени Божия причастия Святых Таин и Священнослужения».

Действия митрополита Макария, снявшего с иноков неправильное обвинение в ереси, и разославшего документ о разрешении служения оправданных афонцев, воспринимались ими как «акт Православия, великодушия и справедливости».

Но лишь только во время Первой Мировой войны, когда многие имяславцы изъявили желание отправиться на фронт полковыми священниками, Синод разрешил им священнослужение в войсках.

10 мая Святейший Синод заслушал донесение Московской Синодальной конторы и, несмотря на давление Императора, не согласился утвердить его. Часть афонских иноков постановлением Синода № 4136 от 10-24 мая 1914 года была поручена епископу Модесту с помещением в Московском Покровском монастыре и разрешением им рясоношения в монастырях (с сохранением запрета священнослужения и участия в Таинствах). В то же время, Синодальной конторе и преосвященному Модесту было поручено «приводить увещеваемых иноков к сознанию, что учение имябожников, прописанное в сочинениях иеросхимонаха Антония (Булатовича) и его последователей, осуждено Святейшим Патриархом и Синодом Константинопольской Церкви и Святейшим Синодом Церкви Российской и что, оказывая снисхождение к немощам заблуждающихся, Святейший Синод не изменяет прежнего своего суждения о самом заблуждении».

Указанное определение Святейшего Синода не было опубликовано, и имяславцы пребывали в полной уверенности в том, что Синод своим постановлением оправдал их упование на Имя Божие.

Тем не менее, духовное разделение было временно преодолено, и иноки вернулись к общению с церковной властью.

Оправданные афонцы в Заявлении митрополиту Макарию Московскому писали: «С искреннею любовию припадая к стопам Вашего Высокопреосвященства, мы приносим глубочайщую благодарность за то, что Вы, Владыко святый, совместно с подведомственными Вам иерархами сняли с нас несправедливо возведеннное тяжелое обвинение в ереси... Относительно же Имени Божия и Имени Иисуса Христа мы согласно учению Святых Отец, исповедовали и исповедуем Божество и Божественную Силу Имени Господа, но сие учение не возводим на степень догмата, ибо оно соборно еще не сформулировано и не догматизировано, но ожидаем, что на предстоящем Соборе будет сформулировано и догматизировано...».

И действительно, для того, чтобы окончательно решить возникшую проблему, необходим догмат о природе Имени Божия, принятый Собором Церкви.

Созванный, наконец-то, в 1917 году Поместный Собор Русской Православной Церкви выделил особую подкомиссию для рассмотрения вопроса об Имени Божием, председателем которой был назначен Епископ Полтавский Феофан (Быстров), никогда не скрывавший своих имяславческих убеждений. Среди ее членов были как непримиримые противники Имяславия, так и будущие его апологеты. Темы докладов, заявленные в программе работы, говорят о том, что освещение вопроса Имяславия предполагалось сделать максимально полным и всесторонним и, лишь затем, вынести окончательное соборное решение.

К сожалению, вследствие революционных событий Собор вынужден был прекратить свою работу, так и не успев принять положительного определения по вопросу Имяславия.

Однако вскоре после большевистского переворота, в октябре 1918 года Синод постановил, что прежнее решение Московской Синодальной Конторы о православности Имяславия отменяется. Для принятия в церковное общение, от «имябожников» требуется отречение от своих убеждений. Отец Антоний и другие снова запрещаются в священнослужении. Весьма показательно, что в это время борьба с Имяславием ведется уже под лозунгом избавления Церкви от «гнета Царизма». Сознавая откровенно политический характер синодального решения, сам Патриарх Тихон, несмотря на это запрещение, в 20-е годы лично служил в храме с архимандритом Давидом – известным имяславцем.

Дальнейшая судьба афонских изгнанников была плачевной, как и судьба России, на долгие годы погрязшей во мраке междоусобицы и разбоя, кровавом терроре, голоде и страхе перед грядущим днем. Схимонах Иларион скончался в 1916 году в совершенном недоумении о действиях церковной иерархии в отношении Имени Христова, имяславцев и самого себя. В 1919 году отец Антоний, проживая в имении матери без малейших средств к существованию, в ночь с 5 на 6 декабря был убит грабителями. В 1928-31 годах в Кавказских горах и в долине реки Псху (80 км. от Сухуми) было арестовано и расстреляно свыше 300 монахов-имяславцев, высланных некогда с Афона и принявших на своей Родине предсказанные о.Иоанном Кронштадтским «венцы мученические»…

6. «Плоды имяборчества»

В ночь на 1-е января 1908 года отцу Иоанну Кронштадтскому было страшное видение грядущих на Русь великих бед. В самом его начале явившийся старец Серафим Саровский на стене начертил посохом семь огненных дат, из которых первым стоял 1913-й год. Это были судьбоносные для России ответственные рубежи, определенные попущением Божиим за всеобщее отступление от Истины Православия. Об этом отступлении в последних своих проповедях Кронштадтский пастырь пророчески предостерегал: «Если не будет покаяния у русского народа, конец мира близок. Бог отнимет у него благочестивого Царя и пошлет бич в лице нечестивых, жестоких, самозваных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами».

Так почему же именно с 1913 года начались изменения в судьбе нашего многострадального Отечества? Какое же событие повлекло за собой последующие бедствия вселенского масштаба?

Сегодня, анализируя события Афонской смуты, и пожиная горькие плоды похуления Святейшего Имени Божия, уместно вспомнить еще одно пророчество батюшки Иоанна: «Если Царь сохранит Православную Веру, то царство Его утвердится до скончания века. А если Россия не сохранит Православную Веру, то она не будет уже именоваться Русью Святой, но будет сбродом всяких иноверцев».

…1896 год. Знаменательный эпизод в День Священного Коронования Их Величеств – в момент восхождения Императора на церковный помост, изнемогая под тяжестью царского одеяния и короны, Николай Александрович споткнулся и на время лишился чувств. А в Соборе, во время Богослужебного чина с Государя соскользнула тяжелая цепь ордена Св. Апостола Андрея Первозванного (вспомним, что именно в Андреевском скиту началось противостояние имяславцев с имяборцами). Кроме того, вечером, во время праздничной иллюминации, начался пожар на Спасской башне Кремля, а через 4 дня произошла Ходынская катастрофа, когда при раздаче подарков на поле возникла народная давка, унесшая жизни около 1300 человек. Не прообразовало ли это преткновение Государя духовное падение всей Российской Империи, когда так называемым «камнем преткновения» явилось Сладчайшее Имя Христово.

Обманутый, Сам обстоятельно не разобравшись в «Афонском деле», на Всеподданнейшем докладе обер-прокурора Саблера о предстоящей поездке Архиепископа Никона на Афон Царь написал: «Преосвященному Никону Моим именем запретить эту распрю».

И хотя позднее, на встрече со старцами-имяславцами Николай Александрович слезно покаялся, сказав: «Простите, отцы святые, я был обманут, мне представляли о вас ложные донесения, теперь я убедился в вашей правоте и невинности, я на вашей стороне и верю во Имя Божие, как и вы, как о.Иоанн Кронштадтский, как о.Иларион Кавказский» и в дальнейшем, как мог защищал гонимых иноков, но все-таки не предпринял решительных мер против антиканоничных действий Синода по отношению к исповедникам афонским.

А мы не перестаем удивляться пророческому дару Кронштадтского чудотворца: уже перед самой кончиной праведника, в дневнике батюшки от 20 октября 1908 года читаем молитву: «Господи, да воскреснет спящий Царь, переставший властвовать властью своею; дай ему мужества, мудрости, дальновидности! Господи, море в смятении, дьявол торжествует, правда порушена. Восстань, Господи, в помощь Церкви Святой. Аминь!».

Конечно, Господь принял искреннее личное покаяние Царя и возвел Его на высшую ступень Царского служения (о чем было явлено в тонком сновидении Митр. Макарию). Но тот факт, что само убийство Царской Семьи было попущено в тот же самый день, спустя пять лет после насильственного изгнания с Афона иноков-имяславцев, явно свидетельствует о мистической связи этих двух трагических событий.

Знаменательно также, что вскоре после выхода Синодального послания и погрома Афона, началась Первая Мировая война, и началась в день памяти преподобного Серафима Саровского, учившего, что цель христианской жизни есть стяжание Святого Духа Божия – обожение, о чем говорили также и имяславцы.

Ведущий пароход русского флота «Донец», на котором «паломничал» в 1913 году на Святую Гору архиепископ Никон (Рождественский), в 1914-м первым пошел ко дну, так и не успев сделать ни одного выстрела. Видимо, вся его боевая мощь была растрачена при выселении монахов-имяславцев: тогда «Донец», разукрашенный флагами, салютовал из пушек, торжествуя «победу» над монахами разоренной обители.

Отступление от Истины Православия навлекло на Россию и народ наш великий гнев Божий и тяжкую кару. И недаром Февральская революция свершилась 26 февраля (ст.ст), во 2-ю неделю Великого Поста, когда празднуется память святителя Григория Паламы, чье учение о Энергии Божией было попрано Русской Иерархией в 1913 году.

Не простое совпадение цифр можно обнаружить и в книге Откровения Св. Апостола Иоанна Богослова. В 19-й главе, в 13-м стихе сказано: «Имя Ему – Слово Божие». Сам Бог отвечает на все еретические умствования, как бы свидетельствуя о нераздельности Своего Божества со Своим Божественным Именем, так как Слово Божие – это Господь наш Иисус Христос – второе Лицо Святой Троицы – Единородный Сын Божий, вера во Имя Которого является основой нашего спасения для жизни вечной.

Еще одним грозным знаком Божьего попущения является почти 80-летнее отсутствие на Руси благодатного огня с Гроба Господня. После Пасхи 1913 года в Россию Благословенный небесный дар вернулся лишь в 1992 году, на рубеже которого, по предсказаниям многих угодников Божиих, и мог родиться в мир всепагубный антихрист. Примерно с этого времени, при наступлении так называемой «свободы» Церкви, начинается один из важнейших этапов подготовки воцарения всемирного религиозного лидера, который и объявит себя Богом…

Экуменизм – один из ярких плодов имяборчества.

В Православной Церкви существует множество апостольских и святоотеческих правил, запрещающих молитвенное общение с еретиками и раскольниками. Но наши епископы-экуменисты все эти правила и Священное Предание игнорируют ради как будто высшей цели объединения всех верующих в одну веру. Или объясняют свое участие во Всемирном Совете Церквей «проповедью Православия» другим конфессиям. Но всякому благоразумному человеку понятно, что любое совместное сближение людей, тем более религий, подразумевает компромиссные решения. Это значит, что каждая религиозная община, участвующая в собрании верующих в разных богов служителей, должна, в угоду экуменизму, изменить свои догматические положения, что-либо убавить от них, или что-нибудь прибавить к ним.

Общая молитва, которая завершает каждый Всемирный Совет нечестивых Церквей, обращена к «Единому Богу» всех народов о мире, благоденствии и объединении людей во имя добра и справедливости. Но кому же молятся эти религиозные деятели, в том числе и «православные миссионеры» Московского Патриархата?

Знакомясь с официальными документами всех этих безконечных саммитов и ассамблей, можно увидеть, что православные священнослужители-экуменисты, даже не молившись с еретиками и сектантами, фактически отреклись от Православия, изменив Символ Веры, утвержденный Вселенским Соборами. Ведь называя Святую Живоначальную Троицу просто «Творцом», или «Всевышним», не исповедуя Воскресшего Спасителя мира – Господа нашего Иисуса Христа, они лишили Бога Своего Собственного Имени, открытого как раз для спасения заблудшего человечества. На экуменистических же сборищах о Спасителе никто не вспоминает, так как многие так называемые конфессии просто-напросто Христа не признают и даже сознательно хулят, отрицая Его Божественное Достоинство.

Получается, что Имяславие надежно предохраняет Церковь от объединения с еретиками, так как молитвенно призывая Спасительное Имя Божие (Иисус), мы исповедаем Православную веру, выражаем всю полноту Божественной Евангельской Истины, не требующей и не терпящей никаких изменений.

Имяборчество имеет сходство и с осужденной ересью иконоборчества. Эти еретики отрицали, что икона, так же, как и Имя, имеет связь с Первообразом и что через общение с ней мы освящаемся.

Главная трудность вопроса состоит в том, что смысл иконопочитания может колебаться между двумя, одинаково ложными и недопустимыми крайностями: между пониманием икон как чисто психологических знаков, изображений, которым, тем не менее воздается Богопочитание, – грех идолопоклонства, в чем и обвиняли иконоборцы православных; и между полным их обожествлением, при котором утеривается ощутимая разница между иконой и Божеством – и получается то же идолопоклонство, отягчаемое еще ниспровержением догматами о нераздельности и неслитности двух природ во Христе, ибо здесь Божественным поглощается тварное и человеческое.

Объективную пользу в решении вопроса догматического определения природы Имени Божия (Имяславия как учения) могло бы принести учение Церкви о Божественной энергии и воплощении слова, которое имеет онтологическую основу в образе и подобии Божием в человеке. Образ и подобие это есть реальная основа всякой иконности, осуществляемой человеком, словом ли или иным путем, краской, резцом и т. п.

Энергия Божия, действуя в человеке, соединяется с человеческой, воплощается в ней, и получается нераздельное и неслиянное соединение силы Божией и действия человеческого, причем последнее является как бы носителем для силы Божией. Поэтому двуедина, богочеловечна в своем особом смысле икона: она не может быть сливаема или отождествляема с изображением, но не может быть и отделяема от него. Интересно, что в вопросе об иконе центральное значение получил вопрос об Имени, и весь спор носил скрытый неосознанный характер спора об именах и их значении.
Иконность в иконе создается ее надписанием, именем, как средоточием воплощения слова, Богооткровения. Вся икона есть разросшееся имя, которое облекается не только в звуки слова, но и в разные вспомогательные средства – краски, формы, образы: изображение на иконе есть иероглиф имени, который поэтому и должен быть определенно стилизован по подлиннику, и он получает значение иероглифической азбуки священных имен. Напротив, без имен, вне надписания или внеиероглифичности икона была бы совершенно невозможна. Это и говорится в постановлении VII Вселенского Собора: «икона подобна первообразу не по существу, а только по названию и по положению изображенных членов» (то есть, по иероглифичности).

И из этого же определения проистекает не только наполнение иконы Божественною силою, но и ее обособленность от нее, двуединость: «видимая икона только по имени имеет общение с первообразом, но не по сущности». Поэтому иконоборцы и тогда уже оказывались имяборцами.

Итак, по канонам Церкви икона считается неосвященной без начертания на ней имени изображенного. Лишь после надписания в иконе признается реальное присутствие именуемых. Значит Само Имя Божие и есть первичный вид иконы.

…В начале XX века афонские старцы предвещали: «Россия погибнет, если перестанет почитать Имя Божие».

Воистину роковым, не только для России, но и для всего мира стал 1913 год!

«И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. И даны были ему уста, говорящие гордо и богохульно, и отверз он уста свои для хулы на Бога, чтобы хулить Имя Его, и жилище Его, и живущих на небе. И дано было ему вести войну со святыми и победить их; и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком и племенем. И поклонятся ему вси живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира. Кто имеет ухо, да слышит…» (Откр. 13,1-9).

Из данного текста Св. Писания можно видеть, что власть «зверю из моря», который по толкованию всех признанных отцов Церкви воспринимается, как конкретная личность антихриста, была дана после того, как «даны были ему уста», то есть принадлежность человеческого тела. Так, через уста лжепророков, готовящих путь этому богоборцу, теперь можно усиленно воплощать свои злые мысли, побеждая святых, призванных служителей Церкви Божией.

И после похуления Вседержавного Имени Божия не просто через какого-нибудь падшего человека, а посредством Высшего Управляющего Органа Православной Церкви – Священного Синода Российской Империи как оплота Православия на земле, сатана получил власть готовить мир к воплощению своего верного сына – антихриста.

Было определено и земное государство, которому отводилась главенствующая роль в этой подготовке. Теперь мы знаем, что им стали Соединенные Штаты Америки – современный Вавилон. В Откровении Вавилон называется городом, царствующим над царями земными, что указывает на всемирное политическое и торгово-финансовое значение этого города – великой блудницы.

В 1913 году, при финансовой поддержке банкиров, президентом США стал Вудро Вильсон, который согласился подписать «Акт Федерального резерва». Таким образом, произошла узурпация власти, и все финансы сосредоточились в руках небольшой кучки людей, в основном, влиятельных агентов-масонов, получивших право контролировать и распределять практически всю денежную массу земли.

Также в 1913 году известная феминистка, а по сути – сатанистка – Маргарет Зангер организовала Национальную Лигу Контроля рождаемости (вернее будет сказать – вырождаемости), которая с падением фашизма была переименована в Международную Ассоциацию Планирования Семьи, со штаб-квартирой в Лондоне.

Апостол Павел во 2-м Послании к Фессалоникийцам раскрывает силу власти «удерживающего», который своим присутствием и не дает воплотиться человеку греха – сыну погибели. Но перед повествованием о Втором пришествии Христа укрепляет верных главным тезисом Имяславия: «Да прославится Имя Господа нашего Иисуса Христа в вас, и вы в Нем, по благодати Бога нашего и Господа Иисуса Христа» (2 Фес. 1,12). И далее пишет: «Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придет прежде отступления и не откроется человек греха, сын погибели. И ныне вы знаете, что не допускает ему открыться в свое время. Ибо тайна беззакония уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь. И тогда откроется беззаконник, которого Господь Иисус убьет духом уст Своих и истребит явлением пришествия Своего того, которого пришествие, по действию сатаны, будет со всякою силою и знамениями и чудесами ложными, и со всяким неправедным обольщением погибающих за то, что они не приняли любви истины для своего спасения. И за сие пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи» (2 Фес. 2,3-11).

Обратимся к славянскому тексту: «и ныне весте удерживающее» – говорит Апостол сперва в среднем роде, а затем «точию держай ныне, дондеже от среды будет». Пока не будет взят от среды (земной) удерживающий.

Так что же такое «держай»? Кто или что удерживает отступление от Бога и, соответственно, приход антихриста? Проще всего, не думая и не гадая, удерживающим отступление от Бога можно назвать Самого Бога. И это было бы вполне логично и правильно. Но святые толкователи, как, например, свт.Иоанн Златоуст, под словом «держай» разумели благодать Святого Духа, царствующую на земле через Соборную Апостольскую Церковь. Другие отцы «удерживающим» отступление называли Римское государство. Но так как само Римское государство отпало от единства веры и от Восточной Православной Церкви, то в наше время, как говорил в своем толковании Апостола Епископ Феофан Затворник, под Римским государством можно разуметь лишь монархический образ правления. До тех пор, пока государством будет управлять Православный Царь, он будет сдерживать отступление силою Своей власти. Это особенно касается Российской Империи как наследницы Византийского Вселенского Православного Царства.

Наш Самодержавный Государь и был тем «держаем» земным, который удерживал видимое отступление от веры Православной. А что же такое «удерживающее», о котором сперва говорит Апостол Павел?

Теперь мы знаем и можем утверждать, что Имя Божие и особенно Имя Господа нашего Иисуса Христа есть «Держай» Небесный.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) в своем труде «Слово о молитве Иисусовой» приводит слова Ангела, сказанные Св. Ерме – непосредственному ученику Апостолов: «Имя Сына Божия велико и неизмеримо: Оно держит весь мир».

Похулив Святейшее Имя Божие, признав Его реально не существующим, разлагающимся и исчезающим вместе со звуком голоса, православные иерархи, которые должны стоять на страже истинного вероучения, фактически отреклись от Апостольской и Отеческой веры во вседейственность Имени Божия. И этой хулой на Духа Святого был открыт доступ сатане к Престолу последнего Православного Царя – Помазанника Божия.

Свержением земного удерживающего – ритуальным убийством Царя была ознаменована победа сил зла руками талмудического иудейства и его приспешников, которые до того немало потрудились над раскачиванием царского трона.

Таким образом, совершилось тягчайшее всемирное отступление от Любви Истинной, которою Отец Небесный так возлюбил мир, что для искупления рода человеческого не пощадил Своего Единородного Сына, послав Его на землю да Своими Крестными страданиями и Своею смертью спасет всех людей от греха, проклятия, вечной смерти и власти диавола.

Итак, Любовь Истины выразилась в Искуплении нас Сыном Божиим, Имя Которого «Иисус», как пишет святитель Афанасий Великий к Антиоху, означает и знаменует – Искупление.

И, действительно, наверное только более-менее сознательное отвержение от своего Искупителя могло дать совершенную власть богоборцу-антихристу воплотиться, а затем, воцарившись, обольщать и губить души даже избранных Божиих.

Учитывая все изложенное в этой главе, основываясь на Православном учении Имяславия, мы открываем мистическую сущность ереси имяборчества:

имяборчество – это духовное прелюбодеяние, измена Православию и Самому Богу, это предсказанное Апостолом Павлом «взятие от среды» Удерживающее (Имя Божие), это низвержение Имени Божия Иисус (Спаситель) на степень простого мертвого тварного слова, наконец, имяборчество – это отрицание Искупительной Жертвы Господа Иисуса Христа и, следовательно, поклонение человеку греха – антихристу.

7. «Не помяну имен их устами Моими»

В обряде наречения имени Святая Церковь признает единственность конкретного человека, обретшего этот Божественный дар личности, соотнося его со Святым для нас Именем Божиим. Церковь показывает, что каждое Имя Свято, ибо освящено Божественным Именем Самого Иисуса Христа.

Св. праведный Иоанн Кронштадтский в своем дневнике записал: «Что человек произошел от Слова Божия, доказательством тому служит само слово «человек», и потом имя, данное ему при Крещении, или при обряде наречения имени. Доколе человек жив, дотоле все называют его этим именем и он отзывается на него, что он – точно он, он весь заключается в своем имени; наконец, когда он умрет и тленные останки его схоронятся в землю, остается в памяти одно имя его, как доказательство происхождения его от Слова Божия. Это невещественное, вечное, как душа, достояние его и наше.
Секуляризация имени и снижение его духовного смысла до клички уличной, партийной особенно заметно в советской истории. Чудовищные абракадабры «пролеткульта» хорошо известны. Вспомним Владленов, Электрин, Даздраперм и т.п. Переименованиям подвергался не только человек, но и города, заводы, улицы… В попытке, хорошо удавшейся, стиралось понятие национальности, подменялось нелепым «советский народ», и, хуже того, обезчеловеченной «массой». Тоталитарный режим был направлен не только на уничтожение классов и сословий, но и на упразднение чего бы то ни было личностного, будь то право на собственность или право на свободу мысли. Стирание человеческих различий было доведено до страшного «идеала» в ГУЛАГе. Одежда человека заменялась робой, имя – номером. Была открыта глубокая, страшная тайна – уничтожив имя, убивают личность.

Попытка нашего времени опереться на нравственные ценности жизнедеятельности человека и возвысить его достоинство должна начаться именно с утверждения безусловной ценности личности и ее исключительности. В духовном (нравственном) смысле – это любовь к человеку, в материальном (юридическом) – соблюдение его прав. И здесь просто необходимо обратиться к религиозному опыту понимания ИМЕНИ, раскрывая его смысл и мистическое значение.

Отрадно, что фундаментальные труды по столь важному в наше время вопросу мистической замены имени, данного нам для жизни вечной, на номер компьютерного учета в системе тотального контроля, учета, а в последствии – управления всем человечеством, проделали имяславцы, непосредственно участвовавшие в Богословских спорах о природе Имени Божия и постепенно оформившие философскую защиту Имяславия. Первые работы в этом направлении принадлежали перу Владимира Эрна, отцов Павла (Флоренского) и Сергия (Булгакова). Позднее свои рассуждения об ИМЕНИ в целом предложили философы А. Ф. Лосев, М. Бахтин, Вл. Лосский, М. Н. Соловьев.

Наиболее яркими, смелыми и оригинальными представляются работы священника Павла (Флоренского). Наименование – тема постоянно присутствующая в его лингвистических изысканиях, в особенности же в одном из последних его трудов «Имена». Здесь Флоренский пытается доказать существование причинно-следственной связи имен и действительности, говорит о некоей предопределенности в выборе того или иного имени. Он приводит доводы в пользу тезиса, что «имена суть категории познания личности».

«Нам нужно выяснить также вопрос о связи познания и именования. Слово может быть не связано с голосовой артикуляцией. Первый момент в акте познания – это когда мы направляемся к некоторому познаваемому существу. Это – еще субъективный процесс. И вдруг наступает момент внутреннего вскрика при познании реальности. Это – уже первый момент вхождения в объективное. Наименование бывает в один момент с познанием. Бог именуем – это первое положение христианского познания. В пантеизме мы Бога не именуем, а в Откровении с этого все начинается: беседа с самарянкой – «мы знаем, Кому кланяемся», то есть, именуем Его. Перед пришествием Иисуса Христа было заметно, с одной стороны, искание богов, а с другой – искание имен. А когда пришел Иисус Христос, поиски неведомых богов стали не нужны. С возвещения Неведомого Бога начал речь свою и апостол Павел в Ареопаге. Христианство есть проповедь Имени Иисуса Христа и Евангелия, призыв исповедать Имя Христа. А мы подменяем это исповедание Имени исповеданием Самого Иисуса Христа. Мы не понимаем важности, значимости, массивности Имени Божия, которое в Библии, особенно в Ветхом Завете, выступает с необычайной ясностью».

А вот, что пишет протоиерей Сергий (Булгаков) в своем труде «Философия имени»: «Имя Иисусово есть камень утверждения для христианской философии имени. Ясно, почему человек дает имя и получает имя: потому что он его имеет как потенцию имятворчества. И тем самым именование получает таинственный, глубинный и реалистический характер. В констатировании, что имя входит в образ Божий в человеке, есть этот образ, то есть, принадлежит к идее человека, к умственному его существу, заключается предельное онтологическое обоснование именования: мысль упирается здесь в силу факта, пред которою прекращаются и становятся безсмысленными всякие «почему».

Сладчайшее имя Иисус чрез Сына Человеческого лежит неочертанным и на всем человечестве, всему ему принадлежит. Все мы, помимо недостоинства своего, причастны этому великому и святому Имени, в известном смысле его носим, его причащаемся. И как Господь принял на Себя все человеческое (кроме греха), почему каждый человек может иметь в Нем и своего личного Спасителя и Искупителя, то в Нем, в Его Святейшем Имени, как центре, соединены все человеческие имена».

Религиозное оформление личности начинается с особого чина наименования младенца, происходящего по Уставу Церкви на восьмой день от рождения. В обряде наречения имени душа новорожденного мистически соединяется с Именем Божиим: «И даждь, Господи, неотреченну пребыти Имени Твоему Святому на нем» – так молится священник ко Господу Иисусу Христу. Выделение наречения имени в самостоятельный чин исходит из очень глубокого общецерковного и общечеловеческого воззрения на ИМЯ, как на фактор, глубоко связанный с личностью человека и его природой. «Имя Христа освящает и делает святым мое имя, – пишет протоиерей А. Шмеман, – делает его выражением, таинством моей личности во Христе на веки вечные. И служба восьмого дня – будучи даром мне моего имени во Христе и в Его Святом Имени – есть, таким образом, дар мне той самой личности, сотворенной Богом, которая должна быть восстановлена в крещении и спасена для Царства Божия».

Согласие же на замену имени номером есть отречение от Имени Спасителя и мистическое поклонение врагу рода человеческого – безликому диаволу и земному исполнителю его злой воли – антихристу, который в злоподражание Богу также «именует» своих рабов, но только бездушными цифрами.

Современное практическое имяборчество в наше время особенно отчетливо проявляется в отношении к проблеме ИНН и цифрового кодирования. Вопрос об Имени – здесь тот самый краеугольный «камень преткновения». Для имяборческого сознания ИМЯ лишено сакральности, таинственной духовной глубины и силы. Оно – лишь условность, необходимая для материальной жизни. Поэтому, с имяборческой точки зрения, замена имени на номер, хотя и в отношениях с государством, грехом не является. Но такой взгляд на ИМЯ полностью противоречит Церковному вероучению.

Наречение имени – это установление Божие, ибо Господь Сам нарек имя первому человеку. Как и в Имени Божием, в имени человеческом определяющей является не буквенно-звуковая оболочка, а внутренняя духовная суть имени. Поэтому согласие на принятие вместоименного числа является еще и актом попрания своего христианского, а значит обожествленного имени, которым мы обязаны дорожить, как вечным и безсмертным достоянием, дарованным нам Самим Искупителем как средство общения с Ним, как знак возможного сопричастия райского блаженства. «Однакож тому не радуйтесь, что духи вам повинуются; но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах», – говорит Господь Своим верным ученикам. О лишенных же Богообщения Господь изрекает: «Не помяну имен их устами Моими… они люди отверженные, люди без имени, отребье земли» (Пс. 15,4).

По учению Святой Церкви, в имени человека таинственно пребывает энергия его души, так же как в имени Бога пребывает энергия Божества. Благое имя человека, данное в Таинстве Крещения, соединяет его с Богом, энергия человеческой души соединяется с энергией Божественной. Святое имя содержит в себе благодатную силу, действующую на душу его обладателя посредством небесных покровителей, прославленных Богом в самой Церкви. Так же точно неблагое имя (злое) — соединяет человека с энергией покровительствующего ему демона. Человек не носящий святого имени, не вписан в Книгу Жизни. Его душа после смерти вместе с именем идет в погибель. Как говорит Премудрость: «Имя грешников неблагое потребится. Пецыся о имени, то бо ти пребывает паче тысяч сокровищ злата» (Сир. 31,13).

Наше же христианское имя по крещении записывается в Книгу Жизни, являясь благодатным хранителем, подобно нательному крестику; и изглаживается из нее только вследствии порочного и нераскаянного земного жительства.

Как Господь через предлагаемые верующим Таинства Церкви, совершаемые, кстати, во Имя Божие (Отца и Сына и Святого Духа), желает соединить нас с Ним уже в земной жизни для жизни вечной, так и проклятый сатана через предлагаемые человеку цифровые идентификаторы и электронные документы, содержащие в своей основе «666», хочет соединить с собой человека в этой жизни для вечных адских мучений.

Обратим внимание на то, что число «666» связано с именем антихриста: «имя зверя», «число имени его». Это не просто какое-то «клеймо», а «имя», определяющее внутренний склад того, кому оно дано. Имя, в первоначальном его значении, – это характер, сердечное состояние, скрытая сущность человека, получившего это имя. Поэтому иметь имя зверя или число имени его, в таинственном смысле значит исповедать то учение, которое проповедует зверь, и тем отличаться от прочих.

Лжеименный же богоборческий (в том числе, имяборческий) разум изо всех сил старается оправдать принятие и использование апокалиптических цифровых антиимен-начертаний, носящих в себе имя зверя (число 666), не замечая того, что за этими оправданиями кроется отвержение Слова Божия, а в конечном итоге – абсолютный материализм и принятие «печати» антихриста.

8. «Имя зверя, или число имени его»

При обсуждении темы о начертании грядущего антихриста часто приходится сталкиваться с неправильным, не духовным толкованием этого крайне важного для личного спасения вопроса. Некоторые утверждают, что антихрист будет ставить свое клеймо в виде «звезды Давида», как об этом описано в упомянутом выше видении отцу Иоанну Кронштадтскому. Большинство же ссылаются на определение Богословской комиссии, где говорится о том, что «никакой внешний знак не может повредить внутреннему устроению души человека, если он не является следствием сознательной измены Христу». Поэтому, как нанесение на документы или на тело человека штрих-кода, содержащего цифровое имя и число диавола (666) в виде контрольных символов, так и вживление в тело биочипов – радиочастотных меток, делающих человека дистанционно-управляемым роботом, не вредит душе человека, его внутреннему духовному устроению, а значит и не может помешать его спасению. И очень многие говорят, что все эти номера и символы еще не сама «печать» антихриста, потому ими можно пользоваться.

Но по милости Божией, через вновь открытое учение Имяславия становятся видны все козни лукавого «миродержца» и ложное плотское мудрование, выбравшего широкий путь оправдания своих земных попечений, гибнущего человечества.

«Врази мои реша мне злая: когда умрет, и погибнет имя его» (Пс. 40,6).

Присвоение человеку пожизненного и несменяемого идентификационного номера – это замена имени собственного на число, на цифровое имя.

Персональный номер дается компьютерной системой, и применяется во всех сферах существования для того, чтобы навсегда стерлось имя человека в Книге Жизни.

«О слове мы можем говорить в отношении любого предмета, об ИМЕНИ же только в отношении или личности, или вообще личностного предмета» – это слова А. Ф. Лосева.

Итак, если ИМЯ есть ядро личности, неизменная величина субъекта, то число есть неизменная величина объекта. Через имя человек являет себя лицом, а через число – вещью. Вот почему Откровение называет числовое имя звериным. Звериное – значит обезличивающее, лишающее человека Богоподобного достоинства, его безсмертной личности, превращающей его в скотоподобное существо, в зверя, в придаток безличной компьютерной системы, в управляющий механизм, маркированный бездушными цифрами – числовым именем.

Если ИМЯ человека – обозначение и удостоверение его личности, то числовое имя, точнее, число вместо имени – это обозначение и свидетельство потери личности, отречение от нее, то есть – отречение от самого себя. Поэтому, например, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе можно назвать свидетельством о потере личности. Но все-таки еще не о полной утрате ее, ибо через своевременное покаяние человек может и более обильно получить благодать Духа Святого. Но никто не может точно знать эту личную границу, перейдя которую, покаяние для человека становится невозможным, так как силы души каждой личности тоже имеют свои пределы. Значит, лучше не идти на компромиссы в вопросах веры.

Сейчас в нашей жизни есть православное мировоззрение и есть ряды других мировоззрений, которые содержат в себе неправославные идеи или даже только известные предпосылки, в результате развития которых безсознательно придешь к неправославию. Мы на самом деле постепенно и потому незаметно для себя отступили от строя церковной жизни и находимся на том же пути, как и протестанство. Примеров тому великое множество: вместо натуральной восковой свечи более дешевая (а значит – прибыльнее) парафиновая, в наших храмах – вместо чистого елея, какая-то смесь; вместо естественного и символичного света – безжизненный свет электрический; вино у нас не виноградное, как будто бы это все равно; устав не соблюдается; богослужебные формулы изменяются и максимально сокращаются; переводятся стиль и язык. Насаждается обрядность, упраздняется ответственность за грехи (епитимьи за тяжкие грехопадения) для сохранения паствы единственно как источник материального дохода. А раз наша служба Богу перестает соответствовать церковному чину и уставу, то очевидно, что происходит фальсификация богослужения и, что страшнее, искажение чистоты всего Евангельского вероучения.

В основе этого явления лежит отсутствие страха Божия. Страх Божий – это такое чувство, что мы постоянно находимся лицом к лицу с Высшим Существом, это постоянное ощущение всеми своими чувствами, всем организмом, всем своим существом, что перед нами такой слой бытия к которому неприменимы наши обычные меры. Отсутствие этого чувства и влечет такие беззакония в богослужении. Ведь не станем же мы хозяйничать в чужой квартире, передвигать в ней мебель, изменять состав библиотеки и т. д., а в Церкви мы изменяем порядки, не зная таинственных причин, определяющих их существование, словом, чувствуем себя так, как будто мы не в Доме Божием, а в чисто человеческом учреждении. Причина всего этого – отсутствие онтологичности в нашем мировоззрении. Мы ничего не продумываем до конца и постоянно забываем, что именно в явлении есть подлинное и что второстепенное, забываем, что наша реальность есть только подражание другой, высшей ее реальности, и что ценна она не сама по себе, а как носительница этой высшей реальности, забываем, что богослужение – не представление на сцене, а выявление в нашей сфере иного слоя бытия. Мировоззрение это можно охарактеризовать, как нерелигиозное, как позитивизм. Между тем православие усматривает в мире тварном пронизанность лучами Истины, видит в мире другой мир, смотрит на бытие земное как на символ бытия высшего, имяборчество же есть отрицание возможности символа.

Понятие символа есть узел по вопросу об Имени Божием, а имяборчество – удар и попытка разрушить понятие символа. Имяборчество опасно именно тем, что оно разлито незаметно всюду. Ярких его представителей нет, и в появлении его никто в отдельности как будто не виноват, и выражается оно не в тех или иных идеях, а в общем миропонимании, воспринятом малосознательно или безсознательно. Вопрос о символе есть вопрос соединения двух бытий, двух пластов – высшего и низшего, но соединения такого, при котором низшее заключает в себе в то же время и высшее, является проницаемым для высшего, пропитываемым им.

Через учение об Имени Божием становится понятно и смысловое значение символа, который по определению имеет глубокие мистические корни. Символ – это:

1) Условный опознавательный знак для членов определенной общественной группы, тайного общества и т. п.

2) Вещественный, графический, условный знак, служащий для обозначения какого-либо образа, понятия, идеи.

В свою очередь, идея – это постигаемый разумом образ, мысль, понятие о каком-либо предмете; основной, существенный принцип мировоззрения. Отсюда видно, что через символ выражается идея, а идея, как основной принцип мировоззрения, передает дух. Сам же символ несет смысл идеи, которую он выражает, а идею питает дух. Так через символ осуществляется духовная связь с той духовной сущностью, которую этот символ выражает. И, наконец, группа людей, принимающих какой-либо символ, соединяется в соответствующем этому символу духе.

Традиционная психология свидетельствует, что без символов невозможно существование психического, его функционирование. Символы необходимы для организации и осуществления трудовой деятельности, управления поведением. Символ, выраженный образом или словом (или их сочетанием), непроизвольно воздействует и на сознание, и, минуя его, на подсознание человека. Это воздействие символов происходит на уровне всех психических процессов – восприятия, представления, памяти, мышления – и возрастает в ситуации произвольного принятия символа. Поскольку в образе всегда представлен некий объект-прообраз, т.е. первообраз, то за любым образом символического содержания не только всегда стоит символизируемый объект, но и участвует в непрерывном взаимодействии психики (души) человека с реальностью во всех ее формах, включая идеальные, духовные сферы.

Любой образ, извне попавший в душу через сознание или минуя его, как, например, при гипнотическом воздействии, никуда не исчезает. Образ прочно оседает в неосознаваемых областях психики, взаимодействуя с другими ее структурами. И это было бы полбеды, если бы в человеке не существовала неразрывная связь его образной сферы с ее регулирующей функцией.

Психическая функция «отражение-регулирование» всегда конкретна и жизненна, потому что образ не может не влиять на человека и его жизнь. Мера связи – вопрос отдельный. Но применительно к нашей теме – о символе «666» – величину этой меры мы видим совершенно ясно – массовое и совсем равнодушное использование христианами символа антихриста в виде штрих-кода, принятие личных кодов, вопреки Богоподобию человека, который может быть только именуем, а не нумеруем. Как следствие – утрата страха Божия, безразличие и равнодушие к своим ближним, загоняемым в электронный концлагерь. А в итоге может оказаться и признание над собой власти «человека греха».

Один из крупнейших отечественных религиоведов Е. Г. Яковлев пишет: «Символы всех религий, а христианства в особенности, имеют тайный смысл, строго соответствующий основным догматам веры», они несут «в себе смысл и идею, выражая их внешне и внутренне». Из этого определения совершенно очевидно, что принимая или используя символ, человек принимает мировоззрение, символом выражаемое. Это духовный акт. Принимаем Крест Христов, – и Господь силою Честнаго и Животворящего Креста Своего ограждает нас от всех врагов видимых и невидимых. Принимаем или используем символ антихриста, – мы подчиняемся врагу нашего спасения, и диавол через пока лишь прообраз нашего предательства получает возможность воздействовать на подсознание, а через него на волю, чувства и ум своею силою, энергийно, независимо от того, понимает человек опасность использования сатанинского символа или нет. Главное – это принять его, т. е. ДОБРОВОЛЬНО отдать ему внимание или хотя бы внутренне согласиться на его применение. Поэтому пагубность воздействия антихристианского символа определяется не выбором разума, а выбором воли. Следовательно, постановка вопроса о безобидности использования в духовной жизни числа «666» – абсурдна. Его использование есть хоть и не сознательное, но уже отречение от Христа.

В доказательство всего, греческий архимандрит Эммануил (Калива) разсуждает: «Когда слышим или видим начертание (666), разум направлен к антихристу. Число имени антихриста, имя и сам антихрист связываются воедино в сознании с начертанием «666». Невозможно разделить число имени от имени, неделимы число имени и сам антихрист. Устроенное в триединой связи «число – имя – антихрист» неразрывно. Соответственно, принимающий «666» принимает сначала само понятие, а затем и саму энергию от антихриста.

Аналогично тому, как принимающий Крест принимает Распятого на Кресте, так и принимающий символ «666» принимает антихриста, которого он символизирует. Если же кто-то думает, что он примет символ просто как число, а реального антихриста не примет, то этот человек жестоко ошибается, ибо символ «666» не есть выражение (простого) числа, через него обнаруживается антихрист лично. Когда называется или начертывается символ «666», происходит призывание к личности антихриста, произносится условный пароль к имени его, ожидается ответ от него – проявление его злой энергии».

Более того, принятие символа антихриста мистически сочетает человека с духом антихриста, ибо если в Имени Божием присутствует благодать Божия, то в имени антихриста – энергия сатаны. Приснопамятный старец Паисий Святогорец говорил: «Как Божественная Благодать является силой, действующей на расстоянии и передаваемой людям, так и лукавая энергия диавола есть действующая на расстоянии и передаваемая сила».

Действие «символосферы 666» стало всеохватающим благодаря штрих-кодам. Их повсеместное распространение – это реклама в их необходимости, удобстве, простоте, полезности. Символу антихриста придается статус социальной значимости для человечества. Поэтому его применение означает не что иное, как признание его смыслового содержания, признания личности «сына погибели», приобщение к его идеологии. Если говорить в строгом смысле слова, то принятие ИНН, использование штрих-кодов и цифровых идентификаторов уже есть принятие печати. Только сейчас они имеют силу прообразов. С воцарением же антихриста, когда люди добровольно признают его всемирную систему и поклонятся ему как «Богу», эти прообразы возымеют силу реальной печати.

Уже давно не секрет, кто сегодня правит миром. Так называемое «мировое правительство» – это своеобразный синедрион жрецов будущего, третьего Иерусалимского храма.

И не случайно Дж. Лаурер – разработчик штрихового кодирования стандарта EAN-13 в качестве контрольных символов, соответствующих цифре 6, выбрал два одинаковых штриха равной ширины и разместил их в трех местах штрих-кода (по краям и в центре) как контрольные метки, так что образовалось число «666».

В Соломонов храм можно было зайти с трех сторон: с северной, восточной и южной (как описано в книге прор.Иезекииля). Возле каждого входа стояли по два столба по бокам. Таким образом, с какой бы стороны человек ни заходил в храм, он должен был пройти через три пары столбов: 1-я пара у внешних ворот, 2-я у внутренних, 3-я при входе в сам храм. Причем, со стороны внутреннего двора (который соответствует 2-й внутренней паре столбов), находились жертвенники, на которых проводилось заклание жертвенных животных.

И сейчас мы видим, что начертание штрих-кода, заключающего в себе информацию о предмете или о человеке, его цифровое имя символизирует ритуальное жертвоприношение сатане, когда это имя образно помещается на жертвенники и как бы закалывается средним контрольным символом. Поэтому контрольные символы-шестерки в штрих-кодах имеют не столько техническое, сколько магическое значение. Добровольно и сознательно принимая цифровое имя человек как бы входит во святилище сатанинского капища, принося в жертву свою безсмертную душу. Ведь как было сказано выше – ИМЯ имеет неразрывную связь с личностью.

Глубоким почитанием пользовались символы и в тайной иудейской науке – каббале, из которой язык символов, вместе с рассеявшимися по всей земле иудеями стал проникать в обиход христианского общества.

Первым и главным нехристианским символом является гексаграмма. Да, это та самая шестиконечная звезда, которой украшено множество православных храмов, и которую называют «звездой Давида», или «щитом Давида»…

Во времена Царя и Пророка Давида этот шестиконечный знак означал созданный за шесть дней тварный мир, чающий полноты, выражаемой цифрой «7», мир, ожидающий Мессию. Понятие «щит» означало веру во Спасение. Но Спаситель уже явился, и с тех пор этот знак утратил свой мистический смысл, по сути – он стал богоборческий. Для тех же, кто не признал Господа Иисуса Христа и продолжает ожидать своего спасения, свет этой звезды возвестит о приходе лжемессии, антихриста.

Не об этом ли знаке, ныне столь распространенном говорит пророк Амос: «Вы приняли скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана, изображения, которые вы сделали, чтобы поклоняться им» (Ам. 5,25,27)?

Задолго до нашего времени русский православный писатель С.Нилус называл шестиконечную звезду «печатью антихриста»: «Взаимопересечение равных треугольников графически изображает борьбу двух равных, по учению каббалы, сил – Бога и диавола. Получающаяся новая фигура шестиконечной звезды должна обозначать замену Имени Божия (треугольника с вершиной вверх как символ Бога) именем новым; кто был последним, а стал – всем, ибо обе вершины входят в состав одной фигуры (звезды). Кто этот последний, мы теперь знаем: сатана имя ему». Только теперь стали понимать, что слова эти не бред сумасшедшего, но разумный голос человека, предостерегающего мир от поклонения антихристу.

А Господь наш Иисус Христос еще около 2000 лет назад предупреждал: «Я пришел во Имя Отца и не принимаете Меня, а если другой придет во имя свое, его примете» (Ин. 5,43).

И как построение первого Иерусалимского храма царем Соломоном имело целью создание жилища святейшему Имени Божиему, так и возведение третьего храма на том же месте будет означать, что уже готов воцариться тот, кто пришел во свое, мерзостное имя – всепагубный антихрист.

…29 июля 2001 года иудеи отмечали день поста и скорби «Тиша – бэ Ав». В этот день произошли самые трагические события еврейской истории – были разрушены оба Иерусалимских храма. К этой печальной дате была приурочена не совсем обычная церемония. Именно в этот день представители иудейской религиозной группы «Ревнители храмовой горы» символически заложили камень в основание Третьего Храма в Иерусалиме, на горе Мориа, рядом с пока еще возвышающейся на ней мечетью Аль-Акса.

А почему все-таки устроителями «нового мирового порядка» было выбрано именно это число – 666?

Дело в том, что это число обозначает власть еврейских денег. Из ветхого Завета известно, что при царе Соломоне, в период высшего экономического подъема еврейского государства, зависимые от иудеев народы платили им дань в сумме 666 талантов золотом (Цар. 10,14). Вот почему у сионистов это число ассоциируется с осуществлением главной талмудической мечты – мировым господством. То есть, «666» – символ мамоны, власти земного мира. «Не можете служить Богу и мамоне» – прямо говорит Христос (Мф. 6,24).

Итак, мы видим, что это число (666) направлено к национальной выгоде евреев, которые не уверовали в Господа нашего Иисуса Христа и считают древние пророчества не исполнившимися. Находясь в духовном заблуждении, они примут лжемессию, признают его своим богом, с которым можно покорить весь мир. Уже сейчас можно наблюдать, как в качестве конкретного числа покорности используется древнее налоговое число 666, которое иудеи и тогда наложили на покоренные народы. Правда, теперь это делается настолько хитро и лукаво, что не каждый, даже из числа верных Богу, может вовремя заметить коварные действия врага рода человеческого через жидовствующих иудеев.

Лишь немногие православные христиане обратили внимание на такую сатанинскую символику, нанесенную на каждую страницу бланка паспорта гражданина Российской Федерации, образца 1993 года. На многочисленные запросы граждан и депутатов Гос. Думы РФ чиновники из МВД давали расплывчатые ответы. Говорили они о том, что данная символика в виде орнамента есть некая случайность – «шутка художников». Ранее члены Синодальной Богословской комиссии объясняли верующим, что наличие трех шестерок в штрих-кодах EAN-13 – «шутка физиков». Позже выяснилось, что финансисты тоже любят «шутить». В газете «Аргументы и факты» была напечатана статья, где разъяснялось, сколько копеек платит государству гражданин РФ с каждого заработанного и потраченного рубля.

Здесь мы вновь видим «случайное» совпадение. С каждого заработанного и потраченного рубля подоходный налог гражданина РФ составляет 13%, единый социальный налог – 35,6%, и налог на добавленную стоимость (НДС) – 18%. Итоговая сумма – 66,6 копейки наводит на размышления: а какому же государству мы платим налоги? Наверное, тому, которое господствует сегодня в мире. Не случайно звучит и их один из основных тезисов: «Сегодня миром правит «Господин Доллар». Если знать, что ширина долларовой банкноты любого достоинства составляет 66,6 мм, то можно предположить, что и значок обозначения доллара в виде латинской “S”, вертикально пересеченной двумя равными линиями, символизирует иудейский храм Соломона с двумя столбами перед входом в него.

Несомненно то, что именно под символом числа диавола «666» выстраивается всемирная торгово-финансовая система, имеющая в том числе цель изъятия из оборота наличных денег для еще более полного и охватывающего контроля всего товарообмена.

Эта же система со временем будет отслеживать все перемещения человека, изучать его вкусы, привычки, политические взгляды, религиозные воззрения, словом, все качества, которые делают каждого отдельного человека неповторимой личностью. На последнем этапе развития системы неизбежно возникает необходимость идентифицировать само физическое тело человека…

В Апокалипсисе недвусмысленно говорится о брани святых не только с самим антихристом, но и с его образом, с его числом: «победившыя зверя и образ его, и начертание его и число имене его» (Откр. 15,2). И если бы символ антихриста не нес бы в себе его силы, то безсмыссленными оказались бы слова Священного Писания, свидетельствующие о противоборстве нашему спасению духов тьмы. Но речь идет о победе именно над символами врага, ведущего брань с христианами и употребляющего символы как оружие. «Недостаточно только лишь победы над зверем, его апокалиптической космологией (идеологией), но необходима победа над числом имени его, то есть, над начертанием «666», – пишет о. Эммануил (Калива).

Вышеприведенные свидетельства должны каждого из нас не просто насторожить, а призвать к активной борьбе за чистоту православно-христианского сознания.

Для равнодушных же в деле общего спасения во Христе Иисусе Господе нашем пусть прозвучат эти грозные слова, напоминающие о дне Справедливого и Страшного Суда:

«Кто поклоняется зверю и образу его и принимает начертание на чело свое, или на руку свою, тот будет пить вино ярости Божией, вино цельное, приготовленное в чаше гнева Его, и будет мучим в огне и сере пред святыми Ангелами и пред Агнцем; и дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие начертание имени его» (Откровения 14, 9-11).

9. «Буди Имя Господне благословенно отныне и до века»

«И Ангелу Сардийской церкви напиши: так говорит Имеющий семь духов Божиих и семь звезд: знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив, но ты мертв. Бодрствуй и утверждай прочее близкое к смерти; ибо Я не нахожу, чтобы дела твои были совершенны перед Богом Моим. Вспомни, что ты принял и слышал, и храни и покайся. Если же не будешь бодрствовать, то Я найду на тебя, как тать, и ты не узнаешь, в который час найду на тебя. Впрочем у тебя в Сардисе есть несколько человек, которые не осквернили одежд своих, и будут ходить со Мною в белых одеждах, ибо они достойны. Побеждающий облечется в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим и пред Ангелами Его. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам» (Откр. 3,1-6).

Читая это Послание, напрашивается связь с началом периода имяборческой ереси, наступившем после похуления Имени Божия в 1913 году. Святейший Синод – Ангел Русской Православной Церкви, отрекаясь от Державного Имени своего Искупителя и сам потерял имя: «ты мертв» – говорит Основатель Церкви, Установитель семи Таинств церковных. Обличает отступление от Истины (несовершенство дел, нехранение Заповедей, отсутствие покаяния). Утеря бодрствования же обернулась для Церкви нежданным посещением Господа. Но «найду на тебя, как тать» – Бог приходит, как ВОР в неизвестный час! Что же Он может «своровать» у тебя, Ангел? Отнимает Он только Вседействующую благодать Святого Духа – за твое же сознательное Богоборчество, выражаемое отрицанием Искупительной Жертвы Сына Божия (принятой Богом-Отцом, и отвергнутой тобой). О, Ангел! Как жаль, что так и не узнал ты время посещения твоего. Но эти «несколько человек», исповедующие Имя Божие в это трудное время всеобщего имяборчества, облекутся в белые ризы Любви Божией и будут ходить в Имени Христовом, (что то же самое, что «со Мною»). Блажен тот, вписанное имя которого в Книге Жизни, будет исповедано и Самим Вседержителем пред Отцем и Ангелами Его!

Как бы прозирая имяборческие времена, батюшка Иоанн Кронштадтский вопрошал:

«С сердечным ли благоговением и любовию ты произносишь всегда Имя, еже паче всякого имени, пресвятое, пресладкое, великое и превеличайшее, чудное, страшное, пред Коим благоговеют неисчетные ангельские воинства святые, сильные крепостию…»?

Тайна нашего спасения заключается в непрестанном призывании сладчайшего Имени Богочеловека, Который в Таинстве Своего воплощения, искупительных Крестных страданий и Воскресения приблизил к Себе и вознес до Своего Божества наше отторгнутое от Бога естество.

Пребывать в умном делании – значит благоговейно, со страхом и любовию, во внимании носить в себе Его Святое Божественное имя, а через сие – обоживаться и быть Богоносным, что и есть практическое делание Имяславия.

А вот слова великого делателя Иисусовой молитвы, истинно духовного писателя – святителя Игнатия (Брянчанинова): «Имя Сына Божия и величие Его Имени «Иисус» превыше постижения разумной твари земли и неба: постижение Его непостижимо и приемлется младенческою простотою и верою. Когда силою и действием Имени Иисусова услышана будет молитва, когда низойдет Божественная помощь к человеку, тогда отражены будут и отступят от него враги, тогда сподобится он отпущения грехов… Тогда последует подаяние во имя Господа, благодатных даров, духовного имущества и сокровища, залога блаженной вечности».

Преподобнейший во святых пустынник Саровский, великий старец Серафим, в конце жизни, после огромного своего молитвенного опыта говорил: «Когда-то много я знал молитв, а теперь только одну: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного». Чтобы приять и узреть в сердце свет Христов, надобно, сколько возможно, отвлечь себя от видимых предметов; предочистить душу покаянием, добрыми делами и верою в Распявшегося за нас, закрыть телесные очи, погрузить ум внутрь сердца, где вопиять призыванием Имени Господа нашего Иисуса Христа, тогда по мере усердия и горячности духа к возлюбленному, находит человек в призываемом Имени услаждение, которое возбуждает желание искать высшего просвещения».

Когда чрез такое упражнение укоснит ум в сердце, тогда воссияет Свет Христов, освящая храмину души Своим Божественным сиянием, как говорит пророк Малахия: «И воссияет вам, боящимся Имени Моего, Солнце Правды» (Мал. 4,2).

Наш современник, ученик преподобного Силуана Афонского, архимандрит Софроний (Сахаров) в своей книге «О молитве» писал о том, что христиане обязаны углубляться в свойство и природу Божественного Имени, чтобы стяжать через молитву совершенный плод спасения и совершенную радость: «Имя Иисус и как смысл-познание, и как энергия Бога по отношению к миру, и как собственное Имя Его – онтологически связано с Ним. Оно есть духовная реальность». Старец Софроний считал, что неведение или забвение о реальной силе Божественных Имен низводит религиозную жизнь многих на психологический уровень: «Все наше Богослужение основано на призывании Имен Божиих. Мы не приписываем Им, как звуковым явлениям, магической силы, но произнося Их в истине исповедания веры и в состоянии страха Божия, благоговения и любви, мы воистину имеем Бога совместно с Его Именами…».

Итак, можно сказать, что Иисусова молитва, как деятельная сила Христа Спасителя, есть основная добродетель Имяславия и все, кто непрестанно призывает Имя Христово являются по духу имяславцами. И что же здесь может быть еретического или противного Закону Божиему? И где, скажите, еще в такой степени проявляется любовь человека к Богу, как не в постоянном молитвенном общении с Ним, когда и днем, и ночью, стараясь призывать Его Имя, человек в наибольшей полноте исполняет первую и главную Заповедь Божию? Конечно, такое делание вызывает особую злость со стороны нечистых духов, и потому требует опытного руководства, но все-таки непонятно, почему наши пастыри Церкви ничего (!!!) не говорят о молитве Иисусовой. Ответ один – священнослужители сами не являются делателями такой молитвы, и, вполне естественно, не могут наставлять о сем своей пастве. Отсюда и духовное ослепление в важнейших вопросах веры и отступление от Истины, и уклонение от пути тесного, и торжественное шествие по широкой дороге, ведущей во ад…

Почти никакого толкования не нужно уже на Послание Церкви Лаодикийской. Народоправство (демократическое правление) себя обнажило до предела. При таком обществе очень трудно и, скорее всего, невозможно сохранять Церковное учение в неприкосновенной чистоте Евангельской Истины, так как лукавая стратегия этого политического принципа требует компромиссного подчинения верхушке власти.

«И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, свидетель верный и истинный, начало создания Божия: знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден, или горяч! Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих. Ибо ты говоришь: «я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен, и жалок, и нищ, и слеп, и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей; и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Итак, будь ревностен и покайся. Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною. Побеждающему дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем Моим на престоле Его. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам» (Откр. 3,14-22).

Один из ревностных имяславцев, профессор СПбДА М. А. Новоселов, тайный Епископ Марк, (ныне прославленный в чине новомучеников и исповедников Российских) в письме П. Б. Мансурову, который был членом Миссионерского Совета и избегал споров об Имяславии, еще в 1919 году писал: «Глубочайшее отступление от православного мудрования я вижу в так называемом имяборчестве, то есть, в том мировоззрении, которое приведено было в известном Послании Св. Синода, опубликованном в мае 1913 года, и в приложенных к нему докладах.

Исключительный по своей значительности и таинственности вопрос о страшном и святейшем Имени Божием был тогда разрешен Св. Синодом с изумительным легкомыслием по отношению к непостижимому Имени Божию и жестоковыйностью относительно Афонских иноков.

Считая с проф. Муретовым, имяславие лежащим «в основе учения о единосущии и троеличности Божества, о богочеловечности Спасителя, о Церкви, таинствах, особенно Евхаристии, иконопочитании и т. д.», я вижу в имяборчестве тот религиозный субъективизм, разрывающий подлинную связь с Богом, который, ставя относительное на место безусловного, психологическое на место онтологического, естественно подтачивает корни богодейственной Христовой веры и Церкви и ведет неуклонно к неверию (в конечном счете к человекобожию и антихристовщине).

Имяборческая стихия отравила нашу богословскую школу, нашу иерархию, наше пастырство, и, естественно, отравляет все церковное общество. Протестантский (в конечном счете, повторяю, человекобожеский) принцип религиозного субъективизма предлагается нам официально, как норма духовной жизни.

Не за хулу ли на страшное Имя Божие иерархия наша несет тяжелые удары, начиная с первых дней революции? Не эта ли хула является причиной того безсилия, того как бы параличного состояния, в котором находятся наши правящие иерархи, сами сознающиеся в этой параличности, хотя и не сознающие, кажется, причины ее?

Дорогой NN! Говорю вам, как другу и брату о Господе: вникните в этот великий спор об Имени Божием, который Вы до сих пор обходили, словно боясь обжечься. Вы должны это сделать, если не как христианин, то, по крайней мере, как миссионер. Но, конечно, Вы ничего не увидите, если будете подходить к вопросу с общемиссионерскими приемами, а не со страхом Божиим, этим началом премудрости. Поверьте, что этот вопрос несоизмеримо важнее всех, поднятых на Всероссийском Церковном Соборе и поднимаемых в теперешнем Высшем Церковном Управлении. В правильном решении его сокрыто наше религиозное будущее.

Сознание исключительной важности вопроса о боголепном почитании Имени Божия, от чего зависит наше настоящее и будущее, простирающееся в вечность, и признание имяборчества, этого плода и причины религиозного безверия и безстрашия, опаснейшим врагом Православия, поражающим основной нерв нашей веры, побуждают меня отдать все свои силы на обличение этого душепагубного заблуждения и на уяснение противоположной истины – ИМЯСЛАВИЯ».

Эти строки были написаны почти 90 лет назад, и сегодня мы убеждаемся, что к нашему времени созрели и продолжают еще зреть все новые и новые плоды имяборческой ереси. Зараженное ею сознание не ощущает реальность и силу не только Имен Божиих, но и, тем более, имен человеческих, воспринимая их, как условные обозначения. В основании такого взгляда, как мы выяснили, лежит материализм – вера в первичность материи.

В свою очередь, духовник Царской Семьи, Епископ Феофан (Быстров) тоже защищал учение имяславцев: «Имя означает то, что душа наша есть простое существо. Под одним именем скрывается такое богатство и глубина духа человеческого, такое множество делимых частей вещества. Это истинно образ, подобие Божие и вместе – малый мир. В имени человека – душа человека».

Отсюда следует, что и в Имени как и Истинного Бога, так и Истинного Человека Иисуса Христа – душа Его, а значит всесильное и святейшее Имя Спасителя – это духовный фундамент нашей веры. Это Имя также и духовный фундамент нашего неприятия электронных цифровых антиимен-номеров, нашего отказа от соучастия в «тайне беззакония», от построения антихристова царства.

Вопреки апостасийному состоянию многих архиереев, пастырей и паствы, Таинства в нашей Церкви действенны и совершаются Именем Божиим, поэтому очень прискорбно слышать, что учение Имяславия используется врагами спасения для увода людей из Русской Православной Церкви Московского Патриархата под предлогом Ее «безблагодатности» и под лозунгом создания «новой Церкви», более правильной и спасительной. Такие ревнители не по разуму, отрицая благодатность нашей Матери-Церкви исходят из ложного, юридического понимания природы Ее, забывая, что Церковь – это живой Богочеловеческий организм – Тело Христово, Глава которой – Сам Господь Иисус Христос. И если Православие – это образное тело Церкви, в которое облеклись все истинно верующие, как в спасительное ограждение от вечной погибели, то Имяславие – это душа Церкви, Ее вечная основа, которая раз и навсегда соединяет всех нас в Имени Бога и Искупителя нашего Иисуса Христа.

Христос, придя на землю во Имя Отца, открыл нам всю полноту Своего Божества, испросив о ниспослании Духа Святого. И только через призывание Имен Божиих – «во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа» – в Таинствах Церкви сходит благодать Святого Духа, животворящая этот воистину Единый Организм.

К великой скорби, православное почитание Имени Божия в Церкви Русской до сих пор не восстановлено. А что же может сделать простой, рядовой член Церкви, не имеющий ни богословского образования, ни влияния на церковную организацию?

В такой, казалось бы, безнадежной ситуации мы все-таки имеем возможность прославить Имя Божие. И даже можем это делать постоянно, ведь молиться может практически каждый человек, включая и тяжело больных. Конечно, не нужно унывать, если у нас нет еще дара непрестанной сердечной молитвы – она дается далеко не каждому. Но все же будем стремиться через дела веры усовершенствовать молитву, которая есть дыхание жизни. Покаянием, постом, милосердием, заботой о ближних проявим любовь ко Спасителю и к Его Сладчайшему Имени, «которого нет другого, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись».

Грядущее истинное возрождение России начнется, видимо, только когда Церковь вновь прославит Имя Господне. Произойдет же это, скорее всего, при последнем Царе Русском, дарованном Самим Богом для Торжества поруганной правды Божией, которую отвергли «сардийцы», не восстановили «лаодикийцы», но возродят «филадельфийцы». Да, из Откровения Божия мы знаем, что единственной верной по духу земной Церковью останется именно Филадельфийская. Эта братолюбная часть Православной Церкви последних времен и есть тот самый простой народ Божий, хранящий чистоту веры.

Основным признаком отступления людей от Бога будет то, что «по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф. 24,12), поэтому сегодня, когда мир, действительно, почти полностью и окончательно погрузился в холодную отчужденность, мы особо должны стяжать любовь и сострадание к несчастному человечеству, не быть равнодушными, «теплыми» христианами. «По тому узнают все, что вы Мои ученики, – говорит Христос, – если будете иметь любовь между собою».

Нам, христианам, необходимо помнить: то разделение, которое вносит в нас различное отношение к вопросам современной жизни, таким как: глобализация с ее личными кодами, электронными удостоверениями личности, штрих-кодами и микрочипами, компьютеризация общества, экуменизм, Имяславие, не должно быть разделением в ЛЮБВИ. Без нее любое стояние в истине или обоснование своей точки зрения не только обезсмысливается, но превращается в отчуждение, неприязнь, ненависть, злопамятство, т. е. в то, что духовно уподобляет человека диаволу. «Злопамятство, – пишет преподобный Нил Мироточивый, – есть печать антихриста». Поэтому стояние в истине есть стояние в любви. И кто не пребывает в ЛЮБВИ, тот не может сохранить ИСТИНУ, И Ангелу Филадельфийской церкви напиши: так говорит Святый, Истинный, имеющий ключ Давидов, Который отворяет – и никто не затворит, затворяет – и никто не отворит: знаю твои дела; вот, Я отворил пред тобою дверь, и никто не может затворить ее; ты не много имеешь силы, и сохранил слово Мое, и не отрекся имени Моего. Вот, Я сделаю, что из сатанинского сборища, из тех, которые говорят о себе, что они Иудеи, а лгут, – вот, Я сделаю то, что они придут и поклонятся пред ногами твоими, и познают, что Я возлюбил тебя. И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтобы испытать живущих на земле. Се, гряду скоро; держи, что имеешь, дабы кто не восхитил венца твоего. Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон; и напишу на нем имя Бога Моего, и имя града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам» (Откр. 3,7-13).

Филадельфия означает братолюбие. Все мы должны стремиться в эту Церковь самого последнего времени, ибо в Послании Ангелу Ее говорит только похвалу. Судя по свойствам, говорит Бог Дух (Святый и Истинный), имеющий ключ разумения Писания. Дух, Который открывает тайны Премудрости Божией. «Ты не много имеешь силы» указывает на малочисленность и слабость веры; «сохранил слово Мое» не исказив смысл Евангелия; «не отрекся имени Моего», ибо Им, Святым Духом человеку нарицается имя в Таинстве Крещения (соответственно, «отрекся имени Моего» тот, кто принял имя цифровое в антикрещении – замене имени на номер компьютерного учета). Страшно то, что Иудеи (то есть, Правоверующие – Православные) называются сатанинским сборищем, ибо лгут (как и сатана – отец лжи). Но и они (заблудшии наши братья) осознают правоту филадельфийцев, увидев Любовь Божию в них и «поклонятся пред ногами» их. Благодарит за терпение, которым мы уподобляемся Долготерпеливому Богу, и обещает немыслимые блага: во-первых — сохранить от искушений великих, затем, в случае верности, соделать «столпом» (Своим сосудом) утверждения Истины Церкви Христовой, Которую не одолеют и врата адовы.

Последние же обетования Господа филадельфийским христианам превосходят все прочие, данные остальным шести церквам. И тройное наречение новыми Божиими Именами, носить на себе которые удостоятся истинные филадельфийцы, несомненно является таинственной печатью одного из наивысших даров Духа Святого в жизни вечной.

Внимательно изучив дело так называемой Афонской смуты, хотя и не в полноте, но какой-то частичкой своего сердца мы можем разуметь, что ИМЯСЛАВИЕ – это уже здесь, на земле, приоткрытая дверь в небесную тайну будущего века. Аминь.

На главную страницу